Медсестра ответила не задумываясь: «Оба!» Борис невольно улыбнулся. Глядя на него, улыбнулась и Леночка. Было видно, как она ослабла и похудела во время родов, но от этого не стала менее красивой. Боря любил на нее смотреть, когда она была в хорошем настроении. Он хотел обнять ее, но руки были заняты. Он думал: быть может, еще не все потеряно. Подумаешь, двое детей, разве это меняет дело…
В суете пронесся день. Наступил следующий. Боря притащил люльки, приобретенные по дешевке. Лена собиралась кормить малышей. Она попросила Бориса выйти или хотя бы отвернуться.
Какие вопросы, конечно. Он подошел к окну и машинально окинул взором еще не обработанные секатором ряды кустарников в саду. Взгляд не обошел стороной две подвижные точки, передвигающиеся с приличной скоростью по газонам в направлении кирпичной пристройки. Борис не поверил своим глазам…
«С чем пожаловали эти урки-диверсанты?» – Он не упустил возможности лишний раз ухмыльнуться про себя. Эти двое, что приближались перебежками от дерева к дереву, были его давними знакомыми.
Седой и Кабан. Однако Борис тут же одернул себя. В памяти промелькнула недавняя встреча возле собора, их странное поведение там и несуразная чушь, которую наплел ему епископ.
«О чем они могли беседовать с Симеоном? Что им здесь надо? Раньше не наблюдал за ними такого бешеного энтузиазма. Прыгают, как кузнечики. Будем надеяться, хоть сегодня все прояснится. – Борис задумался. – Надо подготовиться к встрече старых дружков. Угадать, чем она закончится, я не берусь». Он обернулся к Лене.
Она переполошилась:
– Ну, Боря, я же просила не смотреть.
– Лена, срочно бери детей, – нахмурив брови, произнес Борис. – Придется тебе вылазить отсюда через окно. Прошу тебя, не задавай никаких вопросов. Я тебе все потом объясню. Закроешься на застекленной веранде и никаких звуков. Не открывай никому, кроме меня. Все, скорей. Я говорю, скорей. Нет времени объяснять.
Лена не могла понять, что случилось… И Борис не потрудился сказать. Но по тому, как Боря то и дело выглядывал в окно из-за шторки, она поняла, что им грозит какая-то опасность.
Она, крепко прижав малышей, бросилась к окну в дальней комнате. Борис закрыл за ней дверь. Спустя секунду раздался стук.
Борис не спеша поставил кресло напротив входной двери, сел в него и задиристо гаркнул:
– Дерните за веревочку, дверца и откроется!
В комнату ворвался Седой, за ним вошел Кабан, как всегда, с отвисшей челюстью.
– Ба, знакомые все лица! – шутливо съязвил Борис. – Какая неожиданная встреча!.
