Да что там, ее взгляд стал просто обжигающим. Ух, какая она… Как у графа хватило силы воли оттолкнуть такую женщину! Кремень-человек!
— Хорошо, я слушаю, — я отпустли Оглоблю, подобрал его пистолет и сел на стул так, чтобы держать в поле зрения и Доминику, и пшека.
Рановато расслабляться. Впрочем, если бы она хотела меня убить, то убила бы. Я ведь даже не заметил, как она появилась в доме. А она ведь в туфлях на каблуках…
— Я родилась в Петрограде, — сказала она. — Незадолго до революции. А когда мне исполнилось двенадцать, мои родители тайно бежали из Советского Союза.
Я не хотела, мне идеи коммунизма всегда были близки, но меня никто не спрашивал.
Она рассказывала про свою судьбу с отрешенным лицом. Про жизнь сначала в Париже среди белоэмигрантов, потом в Ливерпуле. Громкое имя сделало ее разменной картой, и отец ее старательно торговался, прикидывая, как бы так поудачнее разыграть свой «козырь» в виде красивой дочери, и выдать ее замуж так, чтобы восстановить прежнее богатство. Вот только Доминика оказалась девушкой строптивой и идейной.
И ей все эти расклады на благосостояние семьи было плевать. Так что она сбежала при первом удобном случае. После долгих драматических приключений, она столкнулась с человеком, который завербовал ее в британскую разведку. Ее обучили и отправили в Европу. Но она с самого начала знала, что работать на Британию не будет. Англичане вместе с их интригами были ей ненавистны. Но из МИ-6 так просто не уйдешь. Пришлось скрываться и прятаться, и ей очень помогли друзья из польского сопротивления.
Британская разведка курировала Армию Крайову, так что Доминика подружилась кое с кем, пока обучалась.
Но однажды ей не повезло. И она попала в руки немцев. Пришлось немедленно мимикрировать и прикидываться, что она всегда хотела переметнуться. Кроме того, втеревшись в доверие высоким чинам, можно достичь много большего, чем если проявить глупую стойкость в выкрикивании лозунгов.
— Ты ведь тоже так думаешь, Саша? — она наклонилась так, чтобы глубокий вырез продемонстрировал мне изящные очертания ее груди.
Я не ответил, так что она продолжила свой монолог. — Я хочу вернуться в Советский Союз, когда война закончится. На свою Родину, откуда меня увезли практически силой. И я хочу вернуться в победившую страну. Поэтому я и здесь. Поэтому я делаю все, чтобы немцы проиграли.
Она встала и подошла ко мне. Наклонилась так низко, чтобы я почувствовал нежный запах ее духов. И чтобы декольте маячило перед моими глазами.
