Резко развернулся ко мне, не давая выкрутить сустав, будто знал мой приемчик в совершенстве и как от него спасаться. Бам! Я тут же врезал ему коленом поддых, руки-то заняты, пистолет никак нельзя выпускать.
Но чертов долговяз оказался слишком высок. Колено ударило в середину бедра. Не то что до живота, даже до «фаберже» не достал. В ответ получил удар головой. Искры из глаз, будто ослеп на миг. Но пальцы не разжал, а висел на руке, как клещ, крутил, пытаясь заломить. Но чертов пшек оказался могуч и жилист.
Приподнял меня и хряпнул о пол. В последний момент я успел сгруппироваться, чтобы не растерять почки. Приложился о доски чувствительно, но не смертельно. Зато получилось руку рвануть так, что пистолет все-таки выпал. Уже лежа на полу, я попытался схватить оружие, но противник пнул по пистолету, и тот улетел куда-то в черноту комнаты. Сам не успел поднять и мне не дал, сука!
Бам! Там, где только что была моя голова в половицу впечатался ботинок размера, как минимум сорок пятого.
Но я успел откатиться и вскочить на ноги. Морды Оглобли не видно, лишь покачивающаяся, как мачта, несгибаемая фигура. Гад молчал, отчего казался еще более зловещим и мистическим. Франкенштейн, блин… Ну, тогда я Ван Хельсинг. Получи, нечисть! Я сходу зарядил ему ногой в живот. Прямым ударом, когда тот атаковал.
Бам! Удар получился отличный, но я сам отлетел чуть назад. Все-таки по массе значительно отставал. Оглобля тоже откатился и захрипел. Ага, сука! Не нравится.
Но верзила все же устоял на ногах, а я прикидывал, как достать до его морды кулаком. Высоковато будет. Хорошего удара не выйдет, сначала на колени нужно его поставить.
Бам! Ударил боковым ногой ему в колено. Метил прямо в сустав, но Оглобля среагировал и чуть приподнял ногу, отбив мой удар стопой. Черт! А он знает толк в рукопашке. А как насчет борьбы? Я сделал вид, что снова собираюсь ударить ногой, но выбросив обманный шажок, тут же кинулся ему в ноги. Схватил за сапоги и рванул их вверх.
Только пятки сверкнули. Оглобля с грохотом завалился на спину, а я сразу придавил его сверху, вколотив пару ударов кулаками в его морду, чуть костяшки не сбил. Череп, словно гранит.
Еще раз ударить не получилось. Пшек обхватил меня своими ручищами, вязал мои удары, прижимал к себе, и пытался подмять. Еще секунда, и он перевернется и задавит меня. Чертов поляк и бороться умеет.
Мы прокатились по полу, пыхтя и ломая друг друга.
