Никогда! И ее сто раз просила не брать их! Не унижаться! А она… Зачем она это сделала, дура?! — Полина не сразу поняла, что уже не шепчет, а кричит.
•••Из протокола допроса Софьи— Почему вы подумали, что гражданин Ильичев был отравлен?
— Я так не думала.
— А как же вы думали?
— Я подумала, что он отравился.
— А это не одно и то же?
— Нет, если русский язык для вас — родной.
— Не дерзите, пожалуйста. Так почему вы подумали, что гражданин Ильичев был отравлен?
— Господин Долинин…
— Меня зовут Максим Андреевич.
— Хорошо, Максим Андреевич.
Вы меня вообще слышите? Я не думала, что Ильичев «был отравлен». То есть я не думала, что его кто-то отравил. Просто человек попробовал пирожное, а через минуту упал. И та девушка из зрительного зала, которая к нему подбежала, сказала, что он не дышит. Если бы она так не сказала, я бы подумала, что просто поперхнулся.
— То есть вы увидели, как Ильичев попробовал пирожное, потом увидели, что он упал, услышали констатацию смерти от непрофессионала и сделали однозначный вывод: Ильичев отравлен.
Так?
— Я предположила, что он отравился. Понимаете? Не отравлен, а отравился, это разные вещи! Когда у вас в семье кого-то рвет или, простите, понос начинается, вы ведь первым делом вспоминаете, что этот человек ел, правда?
— Отвечайте, пожалуйста, на вопросы. Итак, вы предположили, что Ильичев отравился. И что предприняли?
— Я пошла в кухню…
— Для чего?
— Не знаю. Хотела убедиться…
— В чем? Вы ведь работаете гримером, верно?
— Верно.
— И как вы связаны с кухней?
— Никак.
— Никак… Но тем не менее, пока все остальные суетились вокруг Ильичева, вы зачем-то отправились на кухню.
— Я не врач. И от моей суеты не было бы никакой пользы. Но я предположила, что с пирожными что-то не так. Уже потом подумала, что, может, у Ильичева просто была аллергия… А почему вы спрашиваете вообще? Вы меня что, в чем-то подозреваете?
— У меня, Софья Николаевна, работа такая — подозревать всех и каждого. Вы в данном случае не исключение.
— Что-о?!
— Не кричите, пожалуйста.
Вы, вероятно, удивитесь, но я тоже человек. И уже почти сутки на ногах… Итак, вы пошли в кухню. Что вы там делали?
— Осмотрелась и увидела, что на подносе лежат всего три пирожных. А было больше, штук шесть. Я поняла, что остальные кто-то забрал, и стала выяснять, кто. Мне сказали, что это Наташа.
— То есть Круглова?
— Да, ей Вера Сергеевна разрешила. Вера Сергеевна — наш помреж, помощник режиссера.
— А кто вам сказал, что Круглова забрала пирожные?
— Уборщица.
