С его помощью я могу доковылять, конечно, но нога этому не обрадуется и лишь сильнее распухнет.
Так и получилось, что я осталась на диване Вандерфилда! Он снабдил меня подушками и еще одним одеялом, сухо кивнул и ушел в спальню. Сквозь приоткрытую дверь я видела Эша, сидящего в кресле с книгой. Хотелось спросить, что он читает с таким интересом, но я промолчала. Вандерфилд и так сегодня возится со мной весь вечер, наверняка ему это надоело. Поэтому и хмурится.
К тому же, за окнами давно ночь.
Я свернулась под пледом. В соседней комнате раздались шаги, щелкнул выключатель. Мягко прошелестело постельное белье, принимая в объятия тело Эша…
Я закрыла глаза. Полет абстраликсов, как всегда, оказался верной приметой, и в королевстве похолодало. Уже по-зимнему студеный ветер облизывал каменную кладку ВСА, заглядывал в трубы и вытяжки, завывал. Деревья в одну ночь сбросили остатки сухих листьев, и в парках теперь радовали глаз зеленью лишь вековые ели. Зима стояла у порога и заглядывала в окна.
Поежилась, вслушиваясь в звуки. И не понимая, что здесь не так.
Дома, в Котловине, никогда не бывает так тихо. То капает кран, то шуршит крыша, то гудят трубы или нагревательный шкаф. За тонкими стенами слышны голоса соседей, мяуканье кота, скрип половиц. Кряхтит во сне тетя, похрапывает дядя. Эти звуки убаюкивают меня с детства.
В моей комнате синего крыла тоже хватает ночных шорохов, сопения Шелли и Брин, шагов за стеной.
А вот в комнатах Вандерфилда было иначе.
Верно, дело все в том же знаменитом архитекторе, который создал это крыло для наследников известных фамилий королевства. Здесь ничто не должно нарушать сон богатых мальчиков и девочек. Даже ветер за окном шелестел еле слышно, робко. Словно и он боялся обеспокоить тех, кто спустя несколько лет встанет у руля Тритории.
Я перевернулась, неловко устроила на подушке больную ногу. Прислушалась. За дверью в спальню царила тишина. Эш уснул? Приподнялась на локте, всматриваясь в полумрак.
Бледный свет луны гладил обстановку комнаты, смягчал углы и разбавлял тени.
Пытаясь не шуметь, я села, потом поднялась, поджимая ногу. Прикинула расстояние до ванной, вздохнула. Ничего, допрыгаю. Главное, сделать это бесшумно…
Шажочек, другой…
И вспыхнул свет, а в проеме показался Вандерфилд. Глаза ясные, словно и не думал спать!
— Ты сегодня успокоишься? — с досадой спросил он, и я надулась.
