— Я ничего такого не делала! Да я крови боюсь! Вы что же думаете, я кого-то…
По губам мужчины скользнула улыбка.
— Не волнуйтесь, я вас ни в чем не обвиняю. Поверьте, запрещенные методы… оставляют следы. А у вас из прегрешений, наверное, только воровство конфет из тетушкиного комода.
Я покраснела, магистрариус снова улыбнулся. И посерьезнел. Вернул очки на переносицу. Глянул строго.
— Я говорю о незаконном получении иного рода. Вы сами упали в реку, Тина?
Я на миг застыла.
— Сама.
— Вы в этом уверены? — мягко переспросил мужчина.
— Поймите, если имело место… насилие… вы не должны молчать. И виновного накажут. Вы должны лишь заявить…
— Я упала сама, — твердо повторила я.
— Ну что ж, — вздохнул магистрариус, и мне показалось — с облегчением. Впрочем, его глаз я не видела, стекла бликовали. — Тогда могу вас поздравить. Отныне вы недипломированная заклинательница. Вам выдадут соответствующие документы.
Тетушка издала придушенный стон, я растерянно моргнула.
— И что мне делать с этим?
— Учиться, конечно.
Обучение людей с потенциалом чар — обязательное условие, Тина. Мы не можем позволить себе необученных заклинателей, не знающих, что делать со своими возможностями.
— Учиться? — у меня голова пошла кругом. — Но как? Где?
— А вот уже другой вопрос.
Господин Вельвет резко махнул по глянцевой поверхности, и там снова замигали картинки. Он же заговорил быстро, листая свой удивительный прибор.
— Так-так… Ну-ну… посмотрим… полный набор… и здесь тоже… Верденская школа? Увы… Страфин-ард? Не то… Плохо-плохо… Все учебные заведения заполнены, к тому же обучение уже началось, как вы понимаете… Так-так… и что же нам делать?
— Подождать до следующего года? — неуверенно произнесла я.
— Никак невозможно, дорогая Тина. У вас потенциал. И если завтра вы случайно спалите чарами свой дом, то виновата будет Магистерия. Вы должны учиться. Надо непременно что-то придумать… Как вам Альенская школа?
— Какая? — опешила я. — Альенская? Но это же… на севере!
— Ну да.
Вы увидите ледники, небесное сияние и среброзубых снежных котов. Поверьте, восхитительное зрелище!
— Но я не хочу уезжать из столицы! — завопила я, и господин Вельвет хмыкнул. — Нет-нет, дело не в том, что это столица, — торопливо поправилась я. — Но здесь мой дом! И тетя с дядей! А он болен! Кто будет им помогать? Нет, я не могу уехать!
— Но с началом обучения шесть из семи ваших дней недели будут посвящены урокам, — резонно напомнил магистрариус.
