– Извините, я ошиблась…
Тут небритый тип потряс головой, и выражение лица его изменилось.
– А ты ничего… – прохрипел он. – Заходи, пообщаемся… поговорим об этом твоем «Чернокнижнике»…
Блондинку словно ветром сдуло, и через несколько секунд она уже была на детской площадке. Остановилась, достала мобильный телефон и набрала знакомый номер.
– Влад, – проговорила она мрачным голосом, – ты где? Забери меня на Третьей Советской… ну да… около «Чернокнижника»… да… нет… это не телефонный разговор…
Убрав телефон, блондинка села на скамейку и хмуро уставилась перед собой, пытаясь понять причину своих неудач.
С «Чернокнижником» прокол, она не успела к назначенному сроку, но это еще полбеды. В конце концов, можно попробовать позвонить еще раз и там назовут новое время встречи. А что им сказать, она придумает. Гораздо хуже было другое. Тут блондинка вздрогнула, как будто внезапно ее обдуло ледяным ветром, а потом бросило в жар.
Прошло еще несколько минут, и появился напарник – худощавый сутулый мужчина с жесткими, коротко стриженными волосами и близко посаженными глазами.
– Ну, что тут у тебя стряслось?
Блондинка не успела ничего ответить, как вдруг рядом с ней появился большой черный кот, сел и с независимым видом начал умываться. Женщина вздрогнула. Такие коты ей определенно не нравились. Такие коты часто появлялись перед тем, как возникал тот… тот, кого она боялась до дрожи, до судорог.
Напарник тоже заметил кота, но не испугался, а только рассердился.
– Кыш! – прикрикнул он на животное и замахнулся ногой…
Кот ничуть не испугался.
Он громко зашипел, как масло, брызнувшее на раскаленную плиту…
И в тот же миг на том месте, где только что умывался кот, вспыхнуло оранжевое пламя. Пламя мгновенно погасло, оставив после себя облако серовато-зеленого зловонного дыма.
Влад закашлялся, прикрыл лицо рукой, зажмурился от едкого дыма… Когда же снова открыл глаза, никакого дыма не было. Впрочем, не было и кота, а на том месте, где только что умывался кот, стоял высокий мужчина в узких черных джинсах и куртке из темно-красной замши.
Самым странным в этом мужчине было его лицо. Вернее, лица не было видно, его закрывала серебристая, тускло светящаяся маска, в которой были сделаны миндалевидные прорези для глаз, обведенные черной краской, что делало прятавшиеся за маской темные глаза еще темнее, страшнее и выразительнее.
Еще в маске была прорезь для рта, слегка изогнутая наподобие кривой ухмылки.
