С другой стороны, с его-то раздражительным характером и упрямством… Понятно, он просто отказался следовать за смертью, когда та позвала его за собой. Это так на него похоже.
«Отважный, невозможный упрямец! И почему ты, негодник этакий, сейчас кажешься еще красивее, чем когда-либо?»
Эмму одолевали противоречивые чувства. Ей хотелось немедленно подбежать к мужу, только она не знала, что сделает, оказавшись подле него. Поцелует его, обнимет, приласкает? Скорее всего по глупости своей сделает все это сразу. Это к лучшему, решила она, что ей придется прятаться за этим злосчастным диваном, пока Эш не выйдет из спальни.
И тут что-то громко стукнуло о пол – душа Эммы ушла в пятки.
Блокнот Александры с металлическими застежками вывалился из кармана и упал на пол.
– Простите, – одними губами проговорила девушка.
– Кто здесь? – Герцог поспешно обернулся, сжимая в руке бритву.
Эмма скривилась. Ну что тут поделаешь?
– Это я. – Она выбралась из своего укрытия, улыбнулась и весело помахала рукой. – Всего-навсего я.
И больше никого.
Он смотрел на нее со смешанным выражением гнева и недоверия.
– Эмма?
Она дала Александре мягкий тычок, прежде чем выбраться из-за дивана и подойти к мужу.
– Я думала, вы внизу, в бальном зале.
– Я и был там, потом поднялся сюда.
– Да, конечно.
У нее за спиной Александра вылезла из-за дивана и ползком на четвереньках торопливо двинулась к спасительному выходу. К счастью, герцог смотрел только на Эмму, иначе неминуемо увидел бы Александру, и положение, и без того неудобное, уподобилось бы… пусть не девятому кругу ада, но менее известному изобретению Данте, а именно: шестому восьмиугольнику стыда.
Эмма только и смогла произнести:
– Опять бадминтон?
– Фехтование.
– Ах да. Фехтование. – Она дотронулась до мочки уха.
Теперь понятно, почему в бальном зале лязгал металл.
Краем глаза Эмма видела, как Александра, стоя с другой стороны двери, машет ей рукой на прощание. Теперь можно было облегченно перевести дух.
– Теперь моя очередь задавать вопросы, – сказал Эшбери.
– Кой черт дернул вас сюда пробраться и подглядывать за мной?
– Прежде чем я продолжу, не могли бы вы… убрать бритву подальше?
Кажется, он сам удивился тому обстоятельству, что по-прежнему держит в руке эту острую штуковину. Сложив бритву, он бросил ее на туалетный столик, и та звонко опустилась на поднос.
– Теперь объясните, что вы делали, прячась за диваном.
Эмма гордо вскинула подбородок, поскольку уже придумала безупречный предлог.
– Я искала кошку.
