Она давно на Верушку зуб точит, все ругает: «Не трепи языком, работай молча». Уж скажите, будто вам мрачно показалось, темно… Там окошки-то прямо в лес смотрят…
– Так это правда, про смерти?
Анна Касьяновна кивнула и быстро добавила:
– Только ничего странного нет, просто совпадение вышло. У Алексея Петровича Разуваева случился инфаркт. Он специально снимал этот коттедж, чтобы жить на отшибе.
– Зачем?
– Пил запоями, по-черному наливался. В корпусе несподручно нажираться, народу полно, вот и ехал в домик. Сколько раз его в себя приводили, откачивали потихоньку, просили не злоупотреблять… Нет, без толку! Так я и думала, что неприятность приключится.
Хорошо хоть не курил, а то ведь мог и номер спалить!
– Зачем же вы его пускали?
Анна Касьяновна всплеснула руками.
– Так не прежние времена. Мы теперь частное заведение, акционерное общество, зарплата от выручки зависит. Есть клиентура – хорошо, нету – соси лапу, пустую. Вот из-за этого и мирились с пьянчугой. Алексей Петрович – человек был состоятельный, перед отъездом всех одаривал по-царски, понимал небось, сколько неприятностей причинял… Ничего в его кончине загадочного нет!
– А тетка, которая в ванной упала?
Анна Касьянова принялась перекладывать полотенца из одной стопки в другую.
– Римма Михайловна, между прочим, тоже неспроста все время во второй домик просилась…
– Да ну?
– Именно. Женщина пожилая, за шестьдесят уже, а безобразница!
– В каком смысле?
– В прямом, хулиганка! Любовников приводила, я бы постеснялась в эти годы! И ведь представьте, самой-то уж в могилу пора, а с мальчишками связывалась! Один другого младше.
В последний раз приехала просто со школьником, по-моему, у него и усы еще не росли. Вошла к директору и поет: «Добрый день, Алла Михайловна, вот, с племянником к вам!» Ой, мы прямо обсмеялись все. Хорош родственничек! Да она его из кровати не выпускала. Ясное дело, разве может старческий организм подобные перегрузки выдержать? Пошла наша сексуальная львица в ванную, напустила пару, а паренек, бедняжка, мигом заснул.
Заездила его бабулька. Помылась она, значит, давление и скакнуло. Мигом мозговой удар случился. Нам в милиции потом объяснили, что она уже на пол падала мертвой. Сосуд в голове разорвался, и кранты. И опять ничего удивительного, закономерное окончание событий.
– Ребенок-то, который утонул, он, надеюсь, не пил и не вел беспорядочную половую жизнь?
Анна Касьянова отмахнулась.
– Ну вы сказали! Мальчонка крохотный, годик всего.
