– Пампушка, ты боишься меня? – садится рядом, проминая матрас, обхватывает мои запястья и убирает вниз, чтобы посмотреть мне в глаза. – Раньше я списывал твою реакцию на элементарное смущение, а сейчас вижу страх. Ты чего? Да не трону я тебя, – натянуто улыбается, но взгляд остается серьезным. – Как ты это себе представляешь? Даже если допустить, что я такой моральный урод, здесь полный дом родственников, а в придачу ребенок рядом в кроватке. О чем ты только думаешь, м? – щелкает по носу.
– Ни о чем, – импульсивно зажмуриваюсь.
– Однако предупреждаю на будущее, что в случае чего тебе придется везти меня на скорой с кровотечением, – намеренно нагнетаю, а у самой внутри все трепещет. – Ланская запретила мне любые контакты как минимум на месяц.
– Кира? – после паузы строго зовет меня Славин. Подцепив пальцами подбородок, заставляет меня запрокинуть голову. Устанавливает зрительный контакт. Хмурится. – А как вообще Лизонька появилась? Это было против твоей воли?
На дне его зрачков поселяется такая беспросветная тьма, что мне становится не по себе.
Вздрагиваю, чтобы сбросить с себя нарастающую негативную энергию.
– Мы встречались с Максом, я сама приняла приглашение к нему домой. Я взрослая девочка и вполне осознавала, к чему все это может привести, – произношу твердо. – Если ты намекаешь на принуждение, то как юрист должен понимать, что инкриминировать ему нечего.
– Но ты не горела желанием? – упорно пытает меня, как следователь на дознании.
– Скажем так… – подбираю слова, чтобы правильнее передать свои впечатления от той ночи.
– Я представляла свой первый раз иначе.
«И не с Максом», – добавляю про себя, вовремя прикусив язык.
Адов не оставил ни одного приятного воспоминания. Мне даже зацепиться не за что. Было больно, некомфортно, резко. Пахло алкоголем и потом. Меня немного подташнивало. Я ощущала себя надувной куклой, а потом долго отмывалась под душем, будто меня изваляли в грязи.
Больше ни-че-го. Наверное, со мной что-то не так…
– Первый… – задумчиво повторяет Петр, будто с сожалением.
– Сказала гамадрилу об этом?
– Он выпил немного, разогрелся – и не вникал в такие несущественные детали. Все как-то быстро случилось. Он и не понял, что у меня до него никого не было. Отключился почти сразу же, а утром я все убрала и на автобус сбежала, пока он спал.
Взмахнув ресницами, поднимаю взгляд на Славина. Неуместные мысли лезут в голову… Интересно, а с ним было бы иначе? Трепетнее, нежнее и… по любви.
Петр красивый, мужественный, сильный.
