Предатель Макс с чертовой тамадой в подсобке перекрывают все. Такое болезненное воспоминание, что сердце до сих пор заходится в бешеной скачке, а с ресниц скатываются слезы.
Что было дальше?
Ведро с мусором у благоверного на голове.
Такси по заснеженным дорогам.
Адрес, который я экстренно нашла в интернете и истерично проорала удивленному водителю.
А еще имя… единственного человека, которому я могла довериться спустя годы.
Петр… Славин…
Или его я уже нафантазировала в бреду?
– Вы не волнуйтесь, папочка присматривает за дочкой, – гладит меня по макушке добрая акушерка.
– Ни на шаг не отходит, днем рядом сидит, ночью заглядывает. Мы с коллегами шутим, что пора ему койку прямо у кувеза поставить, все равно никакой управы нет на нарушителя режима, – пока она говорит, я бледнею и начинаю всхлипывать. – Что-то не так?
– Муж мне измени-ил, – жалобно подвываю. – Я собиралась подать на развод.
Развод!
Хватаюсь за эту ниточку, чтобы распутать весь клубок.
Судорожно пытаюсь восстановить события минувших суток.
Кабинет юриста сменяется сигнальными огнями полицейской машины. Почудится же такое! Или это не галлюцинация?
Я мучаюсь от схваток. Кто-то обнимает меня в роддоме, и мне становится так спокойно, хорошо. Совсем как много лет назад, когда я упала с велосипеда, порвала платье и счесала колени об асфальт, а после меня на руках нес в ближайшую больницу… он. Позаботился.
Мысли сбиваются. Выдергиваю себя из далекого прошлого и бросаю обратно в канун Нового года. Надо понять, что произошло после свадьбы.
Как наяву, вновь испытываю адские боли. Моргаю, ловлю светлячков, среди которых снуют врачи. Говорят о партнерских родах. Значит, со мной… муж?
В ушах шелестит ласковое: «Дыши, Кирочка». Щека горит от легкого поцелуя. В памяти всплывает образ Пети. Или все это время рядом со мной был Макс? Они же так похожи…
Я могла в панике принять желаемое за действительное. Придумать то, чего и в помине не было.
Сложно. Я устала. Запуталась. Страх за ребенка дезориентирует, мешая размышлять логично.
"
"С кем дочка? С Максимом? С Петром?
Она не нужна ни одному, ни другому!
Муж нас обеих предал, а для Славина малышка неродная.
Только моя! И должна быть со мной!
– Надо же, изменил… – цокает акушерка, с жалостью поглядывая на меня. – Кто бы мог подумать, а с виду такой приличный мужчина, заботливый. Слушай… Кира, правильно? – киваю. Имя я свое еще не забыла. – Так вот, Кира, подумай сто раз прежде чем принимать решение о разводе.
