Настоящие слезы — это всегда покрасневшие глаза, опухший и мокрый нос, кривящиеся от эмоций губы и слипшиеся ресницы, а я до сих пор крашу ресницы тушью, потому что у меня аллергия на клей для ресничек, которым делают наращивание. Я делала один раз и думала, лишусь глаз. Спасибо, больше не пыталась!
— Ты кое-что забыла в моей машине! — несется мне вслед.
Плевать.
Я хлопаю дверью и несусь в нашу спальню.
Больше. Ни одной. Ночи!
Не проведу!
С ним.
В одной постели!
Я резко выдергиваю ящик комода и сгребаю в охапку свое белье, несу его в одну из пустующих спален, кидаю на кровать, возвращаюсь за еще одной порцией.
"
"— Что ты творишь, дура?! — рычит муж озлобленно, поднявшись за мной на второй этаж.
Увидел меня с ворохом вещей в охапку и взбесился.
Снова.
— Я не буду спать с тобой, изменщик. Кобель проклятый! Не буду!
— Не стоило утруждать себя. Я и сам давно не хочу с тобой спать. Мне давно в тягость слышать даже, как ты дышишь. Меня вымораживает, до ледяных противных мурашек, посвистывания в твоем сне.
— Вероятно, твоя любовница, эта шалава… принцесса на горошине! Она во сне не сопит, в жизни не пукает и какает бабочками! — смеюсь колко.
— Да пошла ты! Мегера!
Муж запускает в меня пакетом с бельем. Оно, разумеется, не долетает и падает.
Я даже не поднимаю его, просто несу те вещи, что взяла в новую спальню.
Задыхаюсь.
Мне нужно минута-другая передышка.
А потом… в спальню тихо заходит муж.
Его лицо — задумчивое, а глаза приобрели довольно странное выражение.
Он держит в руках мое белье, растянул тонкие веревочки невесомых трусиков: там только ниточки и полупрозрачное кружево, а лифчик вообще произведение искусства.
Моя грудь, пусть небольшая, и как будто высохшая, смотрится в нем аппетитно.
Черт, в этом белье я даже саму себя хотела!
— Это что такое? — интересуется муж.
С любопытством растянул на пальцах трусики и разглядывает их.
— Для чего?
— Дай сюда, они не твои! — требую я.
Муж ловко уводит руки в сторону и комкает в кулаке тонкое кружево.
— Не понимаю одно, зачем тебе такое белье.
Ну, зачем? — усмехается. — Если ты — как пустыня Сахара?
— А ты давно туда заглядывал? — я зеркалю его усмешку. — Нет? Вот и не стоит задаваться этим вопросом.
Я разворачиваюсь к нему спиной, достаю из шкафа постельное белье.
Ворох одежды на кресле, а я начинаю себе стелить постельное.
— Да боже мой, прекрати ты этот цирк! У нас в браке все останется по-прежнему.
— Да. Точно. Ты с другой, так и будешь тайно по углам прятаться.
