Песок здесь был темный, почти черный на границе прибоя.
Я скользнул взглядом по бедрам, с которых она стянула шорты. По линии плеч, когда скинула футболку и та полетела в песок. Мне захотелось быть этой волной, что ударила по ее бедрам и после подобралась выше. Вера поморщилась, стоило ей зайти в воду, и у меня все упало.
Ну почти.
Все-таки я мерзавец, не забыли?
Я разделся и вошел в воду следом за ней. Нырнул с головой, чтобы хоть немного остыть. Здесь вода была холоднее, чем в черте города. Так что это помогло.
Нырнул и, невзирая на соленую воду, открыл под водой глаза. Вера висела как бы в воздухе, помогая себе вытянутыми, как у балерины носочками. Кружила на месте, видимо, высматривая меня.
Я нырнул глубже и оттолкнулся от дна, придав себе ускорение.
Обвил ее бедра руками и стал целовать живот, хотя удавалось плохо. Она сначала испугалась, чуть не ушла с головой под воду, потом зарядила мне локтем, нечаянно, конечно.
Воздух кончился, и я вынырнул прямо перед ней.
Она хохотала и из-за смеха с трудом пыталась удержаться на воде.
А потом надула щеки, как запасливый хомяк, мелькнула ее попка, а потом ноги.
Я тоже ушел следом за ней под воду.
Обхватил ее лицо ладонями и прижался губами к ее рту. Вера сначала испугалась, опасаясь, видимо, лишиться остатков воздуха. Запаниковала и втянула носом воду. Тут же устремилась на поверхность, чихая и фыркая.
— Ты что творишь?!"
"— Целую тебя. Давай еще раз.
— Еще раз? — она уже повернула к берегу, но остановилась.
— Не дыши носом.
И тут не глубоко, ты всегда сможешь всплыть. Дыши моим воздухом.
— Легко сказать, — проворчала она. — Но ладно, — откинула влажную прядь с лица. — Давай.
Я хохотнул.
— Вера, не делай хомяка. Вдохни воздух в легкие, а не в щеки.
— Сам ты хомяк! — закричала она, обдавая водой.
И ушла под воду первой. Я тут же нырнул следом.
Она налетела на меня, больно ударяясь носом о лоб, охнула, опять глотнула воды и устремилась на поверхность.
— Ай, ай, ай! — жаловалась она, потирая нос и часто моргая.
Подплыл ближе, поцеловал ее сначала в кончик пострадавшего носа. Потом в щеку. Потом в губы.
Она обвила мою шею руками, отвечая на поцелуй, который в миг стал таким горячим, что чудом, как вода только не закипела. Как только она увлеклась, я опустился под воду. Вместе с ней.
В первый миг она запаниковала, ведь она не успела сделать спасительный вдох, но я сильнее впился в ее губы, и почувствовал, как она втянула в себя мой воздух.
