Она каждый раз придумывает мне все новые профессии, даже не предполагая, что это добровольное извращенное решение.
— Может быть, я им стану? — улыбнулся я быстро. — Не думала? Вдруг ты меня вдохновишь сменить профессию?
— А кем ты вообще работаешь?
— Никем.
Нахмурилась. Выпрямилась, хотя сидела немного развалившись до этого. Ах да, решила, что я так отшил ее и ее неудобные вопросы. Но это не так.
— Я не работаю, Вера, в привычном понимании этого слова. Не хожу на обязательную работу в офис к девяти и не ухожу из него в шесть вечера.
Не получаю зарплату и не жду отпуск, чтобы умотать на другой конец света.
Молчит. Боится задавать новые вопросы, может, и правильно. Пусть так и останется. О большем ей все равно знать не обязательно, а если узнает, то и вопросов станет только больше.
Остаток пути проделали молча. Мне бы полагалось спросить в свою очередь, кем работает она, чем она вообще занимается по жизни и что ее интересует. Каждый этот вопрос я давил в зародыше. Ни мне, ни ей не нужно знать больше, чем нужно.
Три дня слишком мало для таких знаний, а я и так позволил этой женщине слишком много.
Машину я подвел почти к самому краю обрыва и там заглушил мотор. Впереди простиралось лазурное с вкраплениями белых барашков море. С обеих сторон бухту ограждали скалы. О них и разбивались косые набегающие на берег волны.
— Идем вниз.
Вера подхватила сумку, я взял корзину, которую потом нужно будет вернуть в таверну Иордаке.
Был разгар рабочего дня, а в округе не было отелей, так что пляж, как я и рассчитывал, оставался пустым.
С дороги его было заметить не так-то просто.
— Откуда ты узнал о нем? — спросила Вера, пока мы медленно спускались по вырубленным в скале лестницам. — Ой, — спохватилась она язвительно, — наверное, мне опять не нужно спрашивать об этом.
— Просто случайно наткнулся, когда колесил по острову. Ничего такого, что ты могла представить.
Она остановилась, перевести дух. Просканировала меня темным взглядом, пытаясь понять, лгу я или все-таки каждую свою бывшую я приводил сюда до нее.
— Ты первая, — ответил я, и она вздрогнула.
Кивнула и продолжила спуск молча.
Ступени были крутыми. Выжженная солнцем, размытая дождями и обкатанная ветром порода крошилась буквально под ногами, но мы справились. Ступили на прохладный в тени горы песок, и Вера вдохнула полной грудью особый запах моря: йодистый, острый и первобытно-древний.
Она оставила сумку на песке, скинула обувь и пошла босиком к морю.
