Но ведь не познакомилась.
– В том-то и дело, – вздохнул Ворон. – А правда же, было бы хорошо, если бы они познакомились? Он ей так давно нравится, она о нем все время мечтает, даже стихи об этом пишет. Надо бы помочь девочке. Чего же ей так страдать?
– Ты что имеешь в виду? – нахмурился Камень, почуяв недоброе.
– Ну… это самое… Ну, ты сам знаешь, – смутился Ворон.
– Нет!!! Не смей мне этого предлагать! Не смей даже думать об этом!
– Ну, Камешек, миленький, – взмолился Ворон, – ну пожалуйста, я очень тебя прошу! Ведь так будет лучше для всех.
– Для кого – для всех?
– Для Лели. Она же так этого хочет.
– Еще для кого? – требовательно спросил Камень.
– Для Вадима.
– Это еще почему? С чего ты решил, что для Вадима это будет хорошо?
– Ну как же, Леля такая чудесная девочка, такая талантливая, неординарная, красивая. Ему с ней хорошо будет. Она будет его любить, будет ему стихи посвящать, а он будет радоваться и гордиться.
– Ага, потом они поженятся, будут жить долго и счастливо и умрут в один день, – насмешливо добавил Камень.
– В твоей тупой башке нет ничего, кроме дешевой романтики, которой ты набрался непонятно где.
– Очень даже понятно где, – с достоинством возразил Ворон. – В книгах. Ты же знаешь, я почитать люблю, где брошенную или просто забытую книжку увижу – обязательно остановлюсь и почитаю. Если бы можно было оттуда сюда книги забирать, я бы ограбил какую-нибудь библиотеку и целыми днями читал бы. Чем тебе моя идея не нравится? По-моему, очень хорошая идея.
– Идея плохая, и ничего хорошего в ней нет, – отрезал Камень.
– Реальность менять нельзя. Это закон."
"– Но законы же можно нарушить. Ну совсем чуть-чуть, а? Пусть этого переодетого не будет, пусть маньяк начнет приставать к Леле, а Вадим с собакой ее спасет. А, Камешек?
Камень угрюмо молчал. Ворон спрыгнул с ветки и подковылял поближе, к тому самому месту, где у Камня располагалось ухо.
– Я же знаю, ты понемножку нарушаешь закон, – еле слышно прошептал он. – Ты никогда не признаешься, но мне-то все известно.
Я иногда случайно попадаю туда, где уже был, и вижу – там все по-другому. Значит, ты наколдовал. Скажешь, нет?
Камень по-прежнему хранил молчание. Ворон пощекотал крылом каменный нос и переместился к другому уху.
– Я же не прошу тебя о глобальных переменах, я не хочу, чтобы в какой-нибудь стране выбрали другого короля…
– Президента, – машинально поправил его Камень.
– Да один хрен, я все равно ничего такого не прошу. Я даже не прошу, чтобы ты оживил мертвого.
