Мне всегда было интересно, что заставило Девлина принять такое радикальное решение, но теперь, когда я знаю, что он был частью инициации какого-то сатанинского клуба, все становится понятным.
Скрытые руки подтолкнули его к обрыву.
И, возможно, узнав, кто стоит за его смертью, я наконец-то получу долгожданную развязку.
Но как, черт возьми, я смогу получить приглашение?
На нас падает тень, больше, чем обычное облако. Запаха достаточно, чтобы понять, кто за ней стоит, и я поднимаю взгляд на Киллиана.
Солнце отбрасывает яркую тень на его лицо и темные волосы, которые под светом кажутся голубоватыми.
Жесткие контуры его лица сливаются в симфонию физического превосходства. А его черные брюки и рубашка только добавляют ему бессмертной харизмы.
Я ненавижу то, как красиво он выглядит, но больше всего я ненавижу бурный трепет в моей груди при виде его.
Или воспоминание о его пальцах между моих ног.
Или то, какой мокрой я была.
Нет, нет. Не те мысли, чтобы думать о них в присутствии монстра, который чует такие эмоции за версту.
Собравшись с духом, я спрашиваю:
— Что ты здесь делаешь?
— Это звучит так, как будто ты не хочешь меня здесь видеть.
— Вау, неужели я настолько очевидна?
Он сужает глаза:
— Я могу получить любую карту доступа, какую захочу. — Затем он переключает свое внимание на Аннику. — Пора идти, принцесса.
Она напряглась, как только он появился, вероятно, из-за его отношений с ее братом.
— Сегодня днем у меня занятия.
— На которых ты не будешь присутствовать.
— Фу. — Она подняла на него глаза.
— И почему ты пришел за мной?
— Вызвался добровольцем. — Он ухмыляется мне, и мне хочется стать единым целым с землей. — Я могу позволить тебе остаться здесь еще ненадолго, если ты пригласишь меня на свой маленький пикник.
— Ты можешь остаться...
Анника даже не успела закончить свое предложение, как Киллиан врывается между нами и выхватывает у нее оливку.
— Это что, дань уважения мне? Он даже красный. — Он показывает на то, что я набросала — незаконченный портрет.
Я захлопываю свой блокнот.
— Не все в этой жизни связано с тобой.
— Не в этой жизни, нет. Но в твоей жизни? Спорно.
— Я просто... — Я начинаю бормотать оправдание, чтобы уйти.
— Не будь дурой. — Он машет рукой в сторону Анники. — У нее есть только то время, которое я ей дам, а потом она идет со мной, чтобы быть заключенной в своей башне из слоновой кости на ночь. У тебя есть силы выкроить это время?
Я поджала губы, а затем неохотно осталась. Это не ради ублюдка.
