Ему нужно присматривать за мной в особняке, в котором они живут, потому что папины охранники имеют туда полный доступ.
— Что произойдет сегодня вечером?
Она осматривает окружающих.
— Церемония посвящения в Язычники. Это происходит примерно два раза в год. Они устроили макет в конце предыдущего семестра, и посещаемость была огромной. Это чертовски жестоко, скажу я тебе.
Мои пальцы дрожат при упоминании о друзьях Джереми, и я заставляю их снова стать неподвижными.
Конечно, Киллиан будет первым в очереди на все жестокое.
— О какой жестокости идет речь?
— Все, что ты не можешь себе представить. Просто оставь свою жизнь и достоинство за дверью, если хочешь в это ввязаться. Тебе также нужно получить приглашения, или можешь забыть об этом.
— Так они выбирают своих потенциальных членов?"
"— Конечно, выбирают. Иначе они бы тратили свое время на слабаков. Именно поэтому большинство участников — самые крепкие из Королевского университета. Я слышала, что в этом году они отправили несколько приглашений студентам КЭУ, но это, вероятно, для того, чтобы Язычники могли использовать их в качестве шпионов.
Не уверена.
— Это становится опасным?
— Уверена, что да. Первоначальные члены носили эти неоновые маски и терроризировали потенциальных членов, так что оставались только сильные. Я слышала, что какой-то студент после последней инициации сбросился со скалы.
Полусъеденный бутерброд остается висеть у моего рта, а кровь стекает с моего лица.
— Ч-что ты только что сказала?
Анника совершенно не замечает моего состояния и копается вилкой в своем салате, звук усиливается в моей чересчур смоделированной голове.
— Не знаю точно, что случилось, но я слышала, что он почти поступил в клуб, но не поступил, а на следующий день съехал со скалы. Они посчитали это самоубийством, но в таких делах никогда не знаешь. Так легко замаскировать смерть под что угодно, когда у тебя есть необходимые ресурсы. Может, они убили его, может, играли с его тормозами, а может, это было просто самоубийство.
Нельзя отбрасывать ни один вариант... Боже мой, почему ты плачешь?
Я вытираю глаза тыльной стороной ладони. Анника подходит ближе и похлопывает меня по плечу.
— Ты в порядке? Ты действительно знала его?
Медленно, я киваю.
— Он был моим другом.
Выражение ее лица меняется на ужас, после чего она вздрагивает.
— Мне так жаль, Глин.
— Тебе не обязательно жалеть меня. — Но люди, которые заставили его съехать с обрыва, должны.
