Почему я должна разбивать сердце, плакать и чувствовать себя несчастной, когда этот ублюдок не чувствует ничего из этого и никогда не почувствует?
Самое меньшее, что я могу сделать, это ударить его по больному месту, чтобы доказать, что он не имеет на меня никакой силы.
А место, где больно, — это его эго размером с гору. Сначала я думаю о том, чтобы ткнуть ему в лицо другого мужчину, потому что знаю, как ему ненавистна сама мысль о том, что рядом со мной может дышать хоть один мужчина.
Но потом я вспоминаю, что он может и убьет их, а я не готова иметь это на своей совести.
Поэтому лучший способ — заставить его поверить в это, не подвергая риску конкретного человека.
После того как Мозес, доверенный водитель и телохранитель дедушки, отвозит меня, я спрашиваю его, можно ли мне сделать фотографию, на которой я держу его руку на подлокотнике машины, и он отвечает:
— Все, что нужно, чтобы отомстить неудачнику.
Тогда я делаю снимок и выкладываю его в Instagram с подписью:
Я наконец-то нашла свой тип.
Мужчины постарше, ням.
Прежде чем я успеваю отступить и подумать о последствиях, я выкладываю фото.
Затем я иду к своей машине перед общежитием, забираюсь внутрь и барабаню пальцами по рулю.
Проходит минута.
Мой телефон загорается тысячным звонком от Киллиана, который я игнорирую, как и все остальные.
Тогда он переключается на смс.
Киллиан: Кто это и знает ли он, что умрет, как только я найду тебя? Я знаю, что ты специально провоцируешь меня, и это чертовски работает.
Мое обещание, что ты будешь скакать на моем члене в его крови, тоже все еще в действии.
Киллиан: Удали это и поговори со мной, пока я не начал показывать свою дьявольскую сторону, Глиндон.
Киллиан: Я говорил тебе, что если ты снова будешь игнорировать меня, то все изменится к худшему."
"Киллиан: Ты выбрала войну, детка, и я здесь, чтобы выиграть.
Я бросаю телефон в карман шорт и еду к месту, где все началось и, где все закончится.
Как только я подъезжаю к обрыву на дальнем конце леса, я встаю на краю и смотрю вниз.
На бурные волны, разбивающиеся о суровые скалы, на то, как сильно вода сделала их острыми, крутыми — чудо природы, способное украсть жизнь.
И стать местом поганой встречи.
Дедушка был прав — как обычно. Чем больше я думаю о своей дружбе с Девлином, тем больше это не похоже на дружбу.
Он определенно не радовался за меня, как Сесили, Ава, Реми и даже Анника, когда я рассказывала им о чем-то, что сделало меня счастливой.
