прилетела сюда, чтобы познакомиться с родителями Киллиана. Это их дом. — Она прочистила горло. — Киллиан... мой парень. Прости, что я долго не могла тебе сказать.
— Сейчас самое время.
— Ты... ты знала?
— Конечно, знала. Я твоя мать, я все знаю.
Прошло несколько недель с тех пор, как я узнала, что у Глиндона были отношения. С тех пор, как она начала больше улыбаться и на ее щеках появился румянец. Такого у нее никогда не было раньше.
Но я была терпелива, уважала ее границы и ждала, когда она сама расскажет о себе.
— Теперь расскажи мне об этом Киллиане.
Выражение ее лица смягчается, но в нем сквозит грусть.
— Он заставляет меня чувствовать себя живой, мама. Я не знала, что кто-то может заставить меня чувствовать себя живой, как будто... как будто...
— Ты никогда не жила до него? — заканчиваю я за нее.
Она кивает, ее лицо очаровательно застенчиво.
— В то же время, я не уверена, безопасно ли падать так сильно, как сейчас.
— Падать никогда не безопасно, Глин.
Ты знаешь, что можешь сломать себе кости или потерять жизнь, но все равно делаешь прыжок, потому что веришь, что он тебя поймает.
— А если он не поймает?
— Тогда я буду той, кто сломает ему кости.
— Мама!
— Ладно, ладно. Если говорить серьезно, было бы хорошо узнать, что он достоин твоего доверия на ранней стадии, чтобы ты могла двигаться дальше.
Она вздыхает.
— Ты права. Лучше выяснить это, чем оставаться в неведении.
— Это верно.
— Спасибо, мама, и не только за это.
.. но и за все. И прости, что я наименее талантливая из твоих детей. — Она поперхнулась последними словами.
— Глиндон..."
"— Нет, дай мне закончить. Мне потребовалось много мужества, чтобы решиться сказать тебе это, так что просто выслушай меня. Я рано поняла, что я не похожа на Лэна и Брэна, и это раздавило меня, мама. Я не могла говорить с тобой об этом, потому что знала, что ты успокоишь меня. Ты должна, потому что ты моя мать. Я думаю, ты тоже это чувствовала, потому что ты сказала папе, чтобы он построил мне отдельную студию, и заставляла меня снова взять в руки кисть.
И я люблю тебя за то, что ты пыталась, но ничего не вышло. Этот комплекс неполноценности довел меня до опасной черты, и я всерьез подумывала о самоубийстве, просто чтобы покончить с этим. Я дважды подходила к обрыву, но я не хотела этого делать, мама, и именно поэтому я могу говорить об этом сейчас. Я больше не хочу быть той версией себя.
