Не доверяла другим, и они всецело оправдывали мое недоверие. Не было даже разочарования, потому что я заранее ставила на людях крест, не ожидая от них ничего кроме предательства.
Несмотря на то, что наше с Гленом знакомство не задалось, потом с ним стало здорово общаться и приятно проводить время. С пониманием возникали сложности, но мы оба над этим работали. Сама не заметив, как, я стала считать его своим другом, кем-то близким…членом семьи.
Странно, но его отвергать мне не хочется. Я хочу продолжать…как назвать это правильно? Когда о другом человеке заботишься, внимательно относишься, когда интересно, какие у него были чувства, когда он вот так улыбался…кажется, мои ожидания постоянно повышаются.
Жадность завоевывает мое естество. Ведь так по-человечески, желать чего-то, обладать этим всецело.
Но…
Если из-за меня с ним что-то случится, я не смогу жить. Не смогу…это осознание пугает до ужаса.
Вот насколько я полагаюсь на него.
Как же я вела себя раньше… и что же мне теперь делать дальше?
Одно знаю точно.
Пока эти чувства не успели меня связать, пока мыслей не стало больше, пока надежды не успели поглотить…я хочу сбежать.
Вдалеке слышится лошадиное ржание, звук вспахивающих землю копыт и мужские голоса.
Даже если бы я могла…бежать уже поздно. В другой ситуации я бы рассмеялась над этой иронией.
Беспомощный Глен на моих руках, приближающиеся люди — друзья или враги — как же я могу? В горе, и в болезни, в радости и богатстве…Мы женаты, так что мы не должны умирать по-отдельности.
30
Голоса принадлежат отряду рыцарей из поместья. Увидев знакомые лица и герб на их одежде я выдыхаю с облегчением. Мужчины что-то говорят, я отвечаю, как могу, рассказывая о том, что с нами произошло накануне, Глена поднимают и грузят на коня, теперь он лежит на командире рыцарей, кареты нет, и путь до дома придется проделать только так.
Самое главное сейчас оказаться в безопасном месте. Меня не покидает чувство, что из-за густых деревьев за нами кто-то следит. Или же, все это — моя паранойя.
Мне помогают забраться на лошадь к одному из мужчин и именно так, в окружении бдительных и вооруженных до зубов охранников мы добираемся наконец до поместья герцога.
Я не плачу и вроде бы чувствую себя нормально физически, но нахожусь в каком-то странном оцепенении. В сторону так и не пришедшего в себя мужа стараюсь не глядеть и по приезде быстро вместе с встревоженными и поджидающими меня служанками ухожу к себе в домик. Все будет хорошо.
