И несмотря на то, что никакой жары не ощущалось, картинка перед глазами чуть подрагивала, как в летнем мареве, когда горячий воздух поднимается от раскаленного асфальта.
Какой-то все же очень странный сон.
Я оглянулась назад, туда, откуда пришла. И убедилась, что вид от переднего почти не отличается. Вздохнула и снова потопала — на этот раз вниз, пойду поглазею на вон то изумрудно-зеленое и искристое. Не знаю, что, но выглядит любопытно.
Зеленое оказалось высокой… колбой. Пожалуй, именно этим словом можно было обозвать столб, как будто бы из стекла, в котором варится и медленно булькает блестящая субстанция.
Зрелище было завораживающим. Я коснулась «стекла» и тут же отдернула руку, потому что оно прогнулось под моими пальцами с каким-то неприятным затягивающим ощущением. Стенка выпрямилась с легким чпоканьем и содержимое неприятно булькнуло.
Мне начинало здесь не нравиться. Тишина давила на уши, странные выверты пространства уже не развлекали даже с поправкой на сновидение. Моей спины вдруг коснулось что-то липкое и холодное, я подпрыгнула на месте с тихим взвизгиванием и резко обернулась.
Пусто. Но ощущение чужого присутствия не покидало.
— Кто здесь? — спросила я, как мне хотелось верить, строго, а на деле высоким тоненьким голоском.
Пустота начала обретать очертания — проступил шипастый гребень, штрихи клыков, вспыхнули холодным голубым цветом глаза. Жуткая морда раззявилась, я заорала уже в полный голос, попятилась, запнулась, шлепнулась на попу. А в следующее мгновение в так и не успевшую до конца прорисоваться тварь влетело что-то больше всего напоминающее комок молний, и она взорвалась, расплескав по окружающему пространству клочки дымящейся плоти и брызги синей крови.
Остальное тело как-то разом обрело видимость, рухнуло и, несколько раз судорожно дернувшись, затихло.
Я смотрела на шлепнувшийся прямо рядом со мной, все еще светящийся глаз и, кажется, подвывала.
Воздух загудел. И чуть дальше, чем обезглавленное тело, начал стремительно обретать уже знакомый объем и форму.
Голубые огоньки глаз вспыхивали одни за другими — у убитой оказалось много подружек…
Сзади что-то кричали. Что — я не могла понять. Парализованная ужасом, я только и смогла зажмуриться, стиснуть зубы и пожелать проснуться немедленно. Прямо сейчас. Сию же секунду.
На грани сознания мельтешила паническая мысль, что для сна все происходящее как-то слишком… слишком нереально.
Загрохотало. Взревело. Зашипело.
