И ещё рассказать, как правильно упокоить, и что было сделано, и какие ошибки совершили.
Скажем, про того шатуна мы на следующий день рассказывали все вчетвером — почему не догадались скрутить его все вместе сразу же, как он приблизился достаточно близко, и мы могли бы его зацепить.
— Что ж, хорошо, что у Мити и Оленьки хватило сил додавить шатуна, — сказал Пуговкин, так и сказал — у Мити и Оленьки. — Но на будущее запомните — вам редко когда придётся выходить против нежити командой. Чаще вы будете одни.
И он — один. И тут или вы, или он. И нужно, чтобы это были вы, успели вовремя и сделали всё правильно.
Что тут возразишь? Ничего.
Видимо, в учебном плане первого курса стояло — познакомиться на практике с самыми распространёнными видами нежити. Чаще всего мы бывали как раз на кладбищах, там водились те, кто почему-то не до конца упокоился. Но звери вроде того шатуна тоже встречались. И поддавались если не кому-то одному из нас, то команде-то точно.
Марьяна должна была выйти против нежити последней из нашей группы, все остальные уже попробовали, многие — не по разу.
Даже меня называли дважды, а, скажем, Митя Ряхин приучился поглядывать — и если тем, кто сегодня атаковал, приходилось туго, то он просто вмешивался и добивал нежить, или помогал добить. При том на теории он традиционно не мог связать двух слов, а письменные работы ему давали списывать спасённые на практике товарищи. Афанасий Александрович его стыдил, он только сопел и признавал полную правоту наставника.
Так вот, Марьяна. Она боялась, но понимала, что деваться некуда. Что толку ей тогда здесь учиться, если она не справится с практикой? А как вернуться домой без диплома? Соседям в глаза смотреть стыдно. В общем, страшно, но нужно.
По дороге до места через тени я держала её за руку. Сегодня кроме неё, солировали Коля Малинин — балбес балбесом, учил и учился он, только если его прижимали преподаватели, Лёва Сошников — старательный, но не обладающий большой силой, и обаятельное трепло Войтек Томашевский, самый, наверное, сильный из всей четвёрки.
На месте — сегодня это было очередное кладбище — уже привычно заняли позицию, осмотрелись. Авенир Афанасьевич помалкивал, а вот Митя заметил:"
"— Малинин, к лесу два шага, Сошников к крестам один.
Ну да, если они так встанут, то прикроют нас получше. И послушались, не возразили, и то хорошо. Я же стояла позади Марьяны, готовая, если что, подсказать или помочь.
