К тому времени мы посетили пару раз ближнюю лавку, торгующую предметами дамского обихода и гардероба, я купила там чулки и тёплые варежки, которые легче сбросить, чем перчатки — а на полевой практике бывало нужно именно что быстро сбросить и приготовить руки. Более того, я ещё пришила эти варежки на верёвочку, как мы дома в детстве на резинке носили, чтобы не терять, и могла с тех пор вообще не думать о том, где они там болтаются, когда я их сбросила. Мою идею подхватила та же Марьяна, а потом я ещё и у некоторых парней тоже видела, они поговаривали, что так удобнее, чем за пояс толкать.
И время не тратить, и не потеряются. Все польза.
Ещё мы побывали в лавке, где торговали тканями, и от изобилия у меня разбежались глаза. В наше время, поверьте, столько всякого и разного просто нет. Есть разнообразие расцветок, потому что и красители, и печати рисунка, а вот именно разнообразия тканей, да ещё и натуральных — увы. Так что я купила там тонкое сукно — сказала, на юбку, а сама подумывала сшить штаны для практики, а то зима и не думает заканчиваться, а в юбке очень уж неудобно.
И ещё нужно придумать какую-нибудь обувь, чтобы в ней ходить было попроще, чем в валенках. В валенках, конечно, тепло, и скажем, тот же Ряхин вообще везде в них ходит и не страдает, когда над ним посмеиваются. Или страдает, но виду не подаёт. С другой стороны, а что мы знаем о финансах Ряхина? Да ничего. А, скажем, Томашевский или Толоконников ходили в хороших высоких, выше колена сапогах. Но сапоги же, наверное, промокают от снега? Или можно как-то защитить? И насколько те сапоги тёплые? Или тоже — как закажешь, так и сошьют? В общем, если мне дальше по работе придётся рыскать по сугробам за нежитью, то нужно задуматься об экипировке.
В длинной юбке да валенках много не нарыскаешь.
Марьяна же только отмахивалась от всех моих заключений и говорила, что ей, даст бог, ни с какой нежитью сражаться не придётся, отец да братья справятся.
Она настойчиво зазывала к себе в гости — чаю попить с домашними разносолами да поболтать, потому что на занятиях болтать не выходило совершенно.
Жила она неподалёку, в доме, кроме неё, обитала хозяйка — купеческая вдова средних лет, и землячка Марьяны, тоже обучавшаяся чему-то в Москве. У хозяйки имелась прислуга — горничная, дворник и кухарка, и пара родственниц-приживалок. Девицы прислуги не имели."
"И на следующий день после Марьяниной эпической битвы мы дождались окончания всех занятий и отправились к ней в гости.
24. В гости
24.
