Чёрт! Он слышал, что я ему кричала во время первой четверти игры? Среди общего гула голосов он расслышал меня?
- Я не виновата, что сегодня ты так плохо играл в самом начале. И не лыбься так, - фыркнула я смущенно, глядя на то, как его улыбка стала шире.
- Снова накричишь?
- Ну, если тебе это нравится… - попыталась я применить ту каплю флирта, что мне была доступна.
- Оставим на следующие игры. Приятно слышать, как ты за меня волнуешься, - шепнул он заговорщицки.
Снова уткнулась носом в медвежонка. Наверное, пора бы уже перестать так сильно смущаться.
Всё самое страшное уже позади. Мы держимся за руки и даже о чем-то говорим, хотя я была уверена, что весь вечер не смогу сделать ничего, кроме покраснения и моргания пустыми глазками.
- Пойдём туда, - предложила я, указав медвежонком на качели «лодочки», которые остались в этом парке от старых аттракционов.
- На качели? – скептически спросил Матвей, разглядывая их через полосу деревьев.
- Боишься?
- Нет, - изогнул он густую бровь. – Просто, обычно их никто не замечает.
Даже сейчас на них никто не качается. Уверена, что хочешь?
- Я на них тоже только в детстве качалась, когда здесь стояли ещё и другие аттракционы. Мне тогда лет шесть было. Думаешь, они не работают?
- Не знаю. Давай проверим, - потянул он меня за собой. – Высоты не боишься?
- Не боюсь, - ответила я уверенно.
Вряд ли, какие-то качели смогут поднять меня выше седьмого неба, на котором я сейчас нахожусь.
За полосой высаженных на одинаковом расстоянии друг от друга тополей оказался старый металлический забор.
Когда он был жёлтым, но краска, которую не обновляли уже много лет, поблекла и потрескалась под гнётом времени.
- Тут где-то должна быть калитка, - предположила я, бегло оглядывая заборчик, который был мне по пояс.
- Так будет быстрее, - хмыкнул Матвей и резко перескочил через незначительную для него преграду. – Иди сюда, - поманил к себе кивком головы.
- Я в платье, - укоризненно выпучила глаза и прижала к груди медвежонка.
- И что?
- Как я в платье через забор перелезу? – прошипела так, словно боялась, что нас могут услышать.
- Женщины, - вздохнул Матвей многозначительно и приблизился к забору, нас разделяющему. Протянул ко мне руки, пошевелив пальцами, словно подзывая к себе. – Иди ко мне.
- Как? – непонимающе нахмурилась.
- На ручки, - его губы растянулись в обаятельной улыбке.
- Не пойду, - тряхнула головой и даже отступила на шаг. – Я тяжёлая.
- А я сильный. Иди ко мне.
