Тревожно мечусь по сторонам, не зная, как от него оторваться.
Благо в дверь звонят, и его это сбивает, его хватка слабеет. Пользуюсь этим моментом и вырываюсь.
— Курьер! — визжу и бегу в коридор. Сейчас выбегу на лестничную площадку, а дальше… Не знаю, что дальше. Но разговоры тут не помогут. А быть изнасилованной своим бывшим мне не хочется.
Открываю дверь и опять встречаю незваного гостя.
И этот — вызывает раздражение.
Вот перед его визитом мне не помешало бы поесть. Чтобы немного подобреть.
— Ты чего вытворяешь? — встав в дверном проёме, спрашивает Пожарский.
Упирается рукой в дверной косяк и, сощурившись, сканирует меня пламенным взглядом. Так сильно, что я вот-вот превращусь в пепел.
Не успеваю ответить, как из кухни выходит Ваня.
Пожарский медленно переводит своё внимание на него. И в глазах мелькает странный огонёк.
— А это кто ещё такой? — Глеб мрачнеет, а голос становится сердитее. Выпрямляется и, судя по тому, что закатывает рукава рубашки, моментально вспыхивает.
И как он вообще нашёл меня?! Нет, это было легко, но я надеялась, что у меня времени как минимум до утра.
Эх, Люба, дура ты… Он тебя в другом городе нашёл, хотя ты шифровалась, как могла. И чего я ожидала, спрятавшись здесь?
— А ты кто? — с вызовом спрашивает Ваня. Мягкого парня как ветром сдуло.
— Её муж, — с раздражением чеканит Пожарский.
Резко хочется залепить пощёчину.
Да какой ты муж мне после этого!
— А ты кто? Любовник? — спрашивает с пренебрежением Пожарский.
— Нет, её первая любовь, — словно пытаясь задеть, говорит гордо.
Зря, наверное, потому что черты лица моего фиктивного мужа ожесточаются.
— Да, и он уже уходит, — намекаю Ване на то, чтобы смылся отсюда. Мне хватило его приставаний, от которых до сих пор передёргивает. Да ему и правда лучше испариться — у Глеба не золотое терпение."
"Бывшему мои слова не нравятся. Конечно, я буквально принижаю его на фоне другого мужчины, прогоняя. А что поделать? Мне не нравится, как он себя ведёт. Да и вероятность драки слишком высока, пока они находятся в одном помещении.
— Ну и ладно, — выплёвывает, проходя мимо нас. И как-то зло выдаёт: — Удачи.
Пожарский заходит внутрь и закрывает дверь в квартиру. И вот теперь становится ещё страшнее. Особенно от его пробирающего до костей взгляда.
Но мне плевать.
Я делаю вид, что его здесь нет, и захожу на кухню.
— Чай предлагать не буду, — говорю резко от обиды.
— Ты чего колоться начала, колючка? — чувствую его за своей спиной.
