Макар дотягивает ткань до конца, закрывая оголенное плечо девушки.
— Мы закончили с этим цирком, — добавляет он. — Лифт справа."
"Он откатывается от нее, освобождая дорогу. Ингеборга открывает рот, чтобы возразить, но Макар неотрывно смотрит на нее и даже я чувствую тяжесть этого взгляда. Я забываюсь и случайно ловлю взгляд Инги, в котором полыхают молнии проклятий, ненависти и еще чего-то…
Зависти?
Она завидует мне?
Сквозь тонну высокомерия и злости пробиваются нотки обычной женской зависти. Эта идеальная, как с картинки, девушка смотрит на меня и не понимает, где вселенная дала сбой и отдала свой приз мне, а не ей.
Хотя, наверное, в этом и дело. Для меня Макар далеко не приз, я узнала богача намного позже, сперва я увидела перед собой нелюдимого озлобленного мужчину, прикованного к инвалидной коляске.
По огромной комнате вновь расходится перестук каблуков. Ингеборга не решается открыть рот и молча покидает комнату, а я застываю неподалеку от Макара и жду, когда сковывающий холод уйдет прочь.
Он исходит от Макара, буквально тонкими иголками вонзается в пространство и колет пальцы.
— Она ничего не значит для меня, — произносит он, поворачиваясь ко мне. — Ты для этого позвала ее сюда? Не доверяешь мне?
Я качаю головой.
И запутываюсь.
На поверхность всплывают все мои сомнения.
— Что с тобой? — Макар наклоняет голову набок, вглядываясь в меня. — У тебя грустные глаза, Саша.
— Я нервничаю из-за Марины.
— Только это? Или… — Макар странно усмехается и на мгновение опускает голову, словно прячется от меня, чтобы собраться с мыслями.
— Ты устала, да? Саша, я пойму, просто скажи, как есть. Я понимаю, что со мной сложно, я инвалид…
Я почти успеваю не дать ему произнести это слово. Я же знаю, как оно режет его изнутри. Мои пальцы накрывают его губы и начинают подрагивать, эмоции бьют через край, выбивая почву из-под ног. Я забываю, что хотела отрицать, а в чем сознаться. Всё, что происходило за последние дни, вихрем взмывает вверх и срывает слезы с моих глаз.
— Я встану, Саша, — добавляет Макар сухо. — Дай мне время.
Он вдруг отталкивается от ручек и пытается подняться.
— Я уже почти. Я не буду в коляске вечно…
Я не могу это слушать и не могу видеть, как он цепляется за воздух, чтобы что-то доказать мне. Я обхватываю его за корпус и заставляю остаться на месте. Давлю ему на плечи, царапая его одежду, и что-то шиплю нечленораздельное, пока привожу дыхание в порядок.
