Мне казалось, что ты мой телохранитель.
— Саша, пожалуйста."
"— Игорь и без всяких “пожалуйста”! Так кто я в этом доме? Я до сих пор заложница или приятное дополнение, которое тут чтобы радовать глаз и не давать скучать Хозяину? Мне казалось, мы перескочили эту станцию.
Я делаю к нему шаг.
— Даже если я не права и совершаю сейчас ошибку, я имею на нее право. Если Макар пустил меня в свою жизнь, то я не буду стоять в сторонке и заглядывать лишь в те комнаты, в которые он разрешил. Это не доверие, это симуляция.
— Меня уволят.
— Нет, — я решительно качаю головой. — Я не позволю.
Игорь несколько секунд просчитывает ситуацию, словно прикидывает силу моего слова против слова Макара. Итоговые расчеты ему не нравятся, но я вижу по его глазам, что ругаться со мной он не хочет. Может, я не Ингеборга, чтобы заставить охранников со страхом произносить свое имя между собой и хранить страшную память о своем скверном характере даже год спустя, но кое-что я тоже умею. И тоже не люблю, когда меня не слышат.
— Они спокойно поговорят здесь, — дожимаю. — Я уйду в столовую и не буду с ней общаться, пока не приедет Макар. Ты побудешь с ней.
Я указываю на гостиную, куда ему стоит проводить ненавистную гостью.
Игорь сдается, посылая в мою сторону усталый взгляд. В этот момент он проклинает свою работу, но он точно далеко не первый год в ней. И прекрасно знает, сколь чревато спорить с женским полом. Тут бронежилет не поможет.
К счастью, Макар приезжает довольно скоро. Я провожу в столовой минут десять, стараясь не прислушиваться к шорохам из другой части квартиры.
Она большая и это легко удается, но одно ощущение другой женщины на территории, которую я если и не считаю своей, то и чужой не назову, учащает пульс. И самое забавное, что она, скорее всего, думает то же самое в мой адрес. В ее глазах, я самозванка и золушка на королевском балу, причем без шикарного платья, но с туфелькой, которую я самолично навязываю бедному принцу.
А что самое печальное, в плохие дни я сама так думаю.
— Ты уволен, — баритон Макара звучит сразу после щелчка лифта.
Его голос я различаю сразу, словно мой слух безошибочно настроен именно на его тембр.
— Понял, — Игорь хмуро соглашается.
Когда я вхожу в гостиную, Игорь уже покидает ее. В комнате остаемся лишь мы втроем, и я замечаю, как Макар бросает первый короткий взгляд в сторону Ингеборги, а потом проходится цепким вниманием по мне. С ног до головы. И прямо в глаза.
Он зол и раздражен.
