Не думать о нём! Если он снова здесь, если она с ним общается… То расскажет про Майю? Или уже рассказала.
По спине холодок от таких перспектив. Что будет со мной? С нами! Господи! Вита! Ведь я и не думал, боялся представить себе, что однажды он снова вернётся сюда. И теперь, спустя столько лет, ты всерьёз предпочтёшь его мне? Почему, Виталин? Почему?
— Ай! Кось, мне больно! — поводит плечом, когда я сжимаю его слишком сильно.
А мне? Мне разве не больно? Я так любил тебя. Вита, за что?
Убираю ладонь, что вцепилась в неё мёртвой хваткой.
И целую оставленный след. Всё пройдёт. Я так думал. Теперь же боюсь отпустить её руку. Боюсь перестать ощущать её рядом с собой.
Сладкий дым шашлыка до сих пор затмевает собой остальные весенние запахи. Мне приятно вдыхать! Видеть нашу семью в полном сборе. Почти в полном сборе. Нет тёщи! Она редко ездит сюда. Вот уж кто точно совсем городской. Не заманишь.
Как будто прочтя мои мысли, мамуля решает узнать:
— Как Анфиса?
Виталина, спиной прислонившись ко мне, отвечает:
— Да как? Как всегда! На работе.
— Чего там, на личном? — слегка подмигнув, говорит моя мать.
Я наблюдаю, как папа, заметив, что мама не видит, накинул стопарик. И нюхает хлеб.
— Ой! — машет Вита ладошкой, — Чего там может быть? Как всегда! Всё молчком, как подростки.
— Ну, оно и хорошо, значит, есть чего прятать, — делает выводы мама.
Майка упорно печатает что-то, присев на ступеньку крыльца.
Вита кричит ей:
— Майюшь! Не сиди на холодном!
Та отвечает:
— Ага! — непонятно вообще, она слышала, что ей сказали?
Вита вздыхает, напрягшись.
Набирает в грудь воздуха. Громче кричит:
— Майя!
Дочь, наконец, поднимает лицо от экрана смартфона. И смотрит на нас. У меня в горле ком! Неужели она уже знает, что я — не отец? Но молчит, потому, что боится обидеть. Вспоминаю её, совсем юной девчонкой. Рыжулей! Такой же, как мать. Как она заползала ко мне на колени и с таким умным видом смотрела в экран. Компьютер тогда ещё был очень старый, большой. И Майка понять не могла, почему в телевизоре мультики, а на компьютере мультиков нет…
— Подложи что-нибудь! Не сиди на холодном! — суровеет Витка.
— Да оставь ты её, пусть сидит, — говорю, — Она в джинсах, они у неё очень толстые, я проверял.
— Кость! Ну, хоть ты не мели ерунды! Какие джинсы? Камень холодный, придатки застудит. Потом будет сильно болеть, — недовольно бурчит Виталина.
— Всё правильно, — мама кивает, — В юности все мы беспечны. Проблемы приходят потом. Уж поверь!
Я хмурюсь.
