Так хотелось вонзить ему в сердце хоть что-нибудь. Слово? Ведь нож не получится. Злобный охранник буравил меня недоверчивым взглядом…
— Молодой человек, — отложил он приборы, — Я так понимаю, у вас чувства к Вите? И вы хотите ей лучшего. Это похвально.
Я опустил глаза, словно пристыженный. Даже он подловил! Мои чувства… Святое! Что трогать нельзя.
— Но я действительно не держу Виталину. Наши отношения — это её выбор. А касаемо нужности, — он замолчал, подбирая слова, — Скажем так, я нуждаюсь в ней также, как и она во мне.
Подобный ответ вас устроит?
Он глотнул из стакана. По всему видно, содовой. Пузырьки заиграли в прозрачной воде.
Я не знал, что сказать. И вспомнил свой основной аргумент:
— Если вы не оставите Виту, то обо всём узнает ваша жена. Я позабочусь об этом!
Прозвучало киношно. Он тоже заметил. Уголок его рта искривился в усмешке:
— Забавный ты парень, Шумилов.
Я вздрогнул. Он знал моё имя? Это Вита сказала ему? Она говорила ему обо мне? Под каким, интересно знать, соусом.
Я так удивился, что чуть было не задал этот вопрос прямо в лоб. Но Богачёв озадачил меня ещё больше:
— Ада уже знает. Так что не трать время попусту. Ни моё, ни своё. Договорились?
Мой кадык снова дёрнулся. Вот теперь я конкретно не знал, что сказать. Захотелось плеснуть из стакана в лицо оппоненту. Как делают в фильмах, опять же! Но я понимал, что тогда буду выведен под руки, прямо из зала, у всех на виду.
Потому смерил взглядом его ещё раз:
— Если вы причините ей боль…
Богачёв перебил:
— Ты убьёшь меня?
Я не заметил, как он поменялся в лице.
Рассмеялся беззлобно. Как будто я шутку сморозил.
— Отправляйся домой, Константин. Ты ещё молод! Однажды поймёшь, что жизнь — очень сложная штука. Сложная, но интересная, да?
Он сощурился. Радужка глаз была тёмной настолько, что не видно зрачков.
«Вот и ещё одно отличие», — подумал я. Мои глаза — синие. И вообще, я — полнейший его антипод!
Разговор завершился ничем. Аргументы закончились. Больше козырей не было. Витку он не отдаст.
Потому, что она «не отдастся». А жена… Я боялся подумать, каково это? Знать, что твой муж спит с другой.
Витка, как юная бабочка, беззаботно порхала, жила, наслаждалась своим новым статусом. Шлюхи, любовницы, куклы богатого дяди.
— Ты понимаешь, что у него есть семья, есть дети? — я тщётно пытался её вразумить.
— О, Господи, Костя! Ты говоришь, как моя мама! — стонала она.
От апреля не жди снисхождений! Ветра задували, и я шёл, натянув капюшон.
