Встав с кровати, я накинула халат и пересекла коридор, направляясь в комнату Амо. Я постучалась.
– Войдите, – сказал брат.
Я проскользнула внутрь и закрыла дверь. Амо сидел за столом перед компьютером в одном спортивном костюме.
– Играешь в «Фортнайт»? – спросила я, радуясь, что он вернулся к своим делам.
– Это для детей и неудачников, – пробормотал Амо. – Я провожу исследование методов допроса, используемых Моссад и КГБ.
– Ох, – прошептала я, испытывая странное чувство потери. Мой младший брат исчез. До его шестнадцатилетия оставалось еще два месяца, но он вырос за те недели, что меня не было.
Амо оторвал взгляд от экрана и нахмурился.
– Тебе нужна помощь?
Я помотала головой.
– Могу я остаться на ночь? – Я не могла вспомнить, когда в последний раз мы с Амо спали в одной комнате вместе. Мы были слишком взрослые для ночевок, но я не знала, куда еще пойти.
– Конечно, – медленно сказал он, критически оглядывая меня.
Я забралась под одеяло.
– Я лягу с краю.
– Не переживай. Я все равно не смогу заснуть.
Слишком много адреналина.
Я кивнула.
– Ты должен снова начать играть в видеоигры, как раньше, понимаешь?
– Завтра я разорву байкеров в клочья. Это единственное развлечение, в котором я нуждаюсь, – пробормотал брат.
Я закрыла глаза, надеясь, что Амо скоро вернется к своему прежнему облику, но в глубине души знала, что ни один из нас не сможет вернуть то, что уже потеряно.
Я почти не спала, поэтому встала рано, вернувшись к себе в спальню. Когда утром мама постучалась в дверь, я находилась в своей постели.
Большую часть ночи мои мысли крутились вокруг Мэддокса и моей семьи.
– Войдите, – сказала я, садясь. Всю ночь у меня болела спина, а сердце ныло от неопределенности.
Мама была одета в тонкое вязаное платье, и, в отличие от вчерашнего, ее глаза были ясными. Никаких признаков слез. Она выглядела непоколебимой, словно была готова спасать нашу семью в одиночку. Она направилась ко мне и присела на кровать, держа что-то в руке.
– У меня для тебя кое-что есть, – сказала мама.
Я была рада, что она не спросила, как прошла моя ночь. Вероятно, догадывалась, что я почти не спала. Я надеялась, что Амо не скажет ей или папе, что мне было страшно ночевать в своей комнате. Сегодня ночью я буду сильной, несмотря ни на что.
Мама погладила меня по волосам, как делала, когда я была маленькой, а затем раскрыла ладонь, демонстрируя каффу в форме полумесяца из белого золота, усыпанную бриллиантами. Мои глаза расширились.
– Она прекрасна.
