Я и в РГГУ пошла только за тем, чтобы Нелли Николаевну на посту сменить. Она давно на покой просилась, но Егор не мог усадьбу в чужие руки отдать, вот и ждали, пока я выучусь. Неужели придется снова в город возвращаться?
Сердце тоскливо сжалось.
— Мам, а мы летом на море поедем? — неожиданно спросил Ник. — Герка рассказывал, они с отцом на Мальдивы собираются.
Еще бы им не собираться! Геркин отец — владелец агрокомплекса, он может себе позволить и Мальдивы, и Африку, и Америку.
— А я бы и в Анапу поехал, мне там понравилось, — продолжал разглагольствовать сын.
— Помнишь, как мы в дельфинарий ходили?
Я кивнула. Как же не помнить! У Никитки столько восторгов было.
И тут же мысли перескочили на Стаса. Хрен ему, а не Брагино! Не собираюсь я из-за какого-то урода лишаться работы и заработка! Неплохого, между прочим, заработка.
Перед глазами встало волевое лицо, жесткий прищур, застывшая на тонких губах холодная усмешка, и я скрипнула зубами. Клыки удлинились.
— Мам, ты чего? — неожиданно спросил сын.
Он с тревогой смотрел на меня и машинально ерошил волосы. — У нас что-то случилось?
— Нет, Ник, ничего.
Я взяла себя в руки. Справлюсь. И не с таким справлялась.
Завернув за водокачку, проехала по Лиственной и остановилась у вечнозеленой изгороди, скрывающей кованый забор. Хороший мне дом от бабушки достался. Крепкий, основательный. Его еще мой дед строил, а тот был настоящим мастером: он в Логе много домов спроектировал, считай, половина Лиственной улицы — его творения.
Не успели мы выйти из машины, как рядом с калиткой остановился крузак Егора.
Похоже, джип альфа Нике насовсем отдал, второй раз его на «Тойоте» вижу, хотя знаю, что «японцев» Брагов не уважает.
— Привет, чемпион, — открывая дверь, поздоровался Егор с выскочившим на снег Никиткой. — Как дела?
— Хорошо, — серьезно кивнул сын.
С альфой Ник всегда пытался разговаривать, как взрослый. И привычно старался отойти подальше. Нет, не явно и вроде бы незаметно, но все же.
— Молодец, — улыбнулся Егор и уже совсем другим тоном добавил: — Ну, беги, мне с твоей мамой поговорить нужно.
— Зайдешь? — спросила я Брагова и подтолкнула сына: — Иди, Никитка, чайник пока поставь.
— Не суетись, Инга, — остановил меня Егор. — Чай как-нибудь в следующий раз, мы потом с Никой в гости зайдем.
Ишь ты, боится, что ли? Неужто заметил мои чувства? Да нет, не может быть. Я ведь их никогда не показывала…
Альфа нахмурился и спросил:
— Можешь повторить, что сказал тебе Брягинцев? Дословно.
