Детка… извини… – смутился он и поспешил продолжить: – Все шито белыми нитками. Игнатов ждал возвращения Краснова из тюрьмы, чтобы разом разделаться с убийцами дочери. И подготовился основательно. То они с шофером в Москве, то на даче… Только подтвердить это никто не может.
– Значит, плохо подготовились. Опять же, не стал бы он покупать билет на самолет на свое имя. Это же глупо.
– Ничего не глупо. Игнатов был уверен, что до него не доберутся. У него деньги, адвокаты. И дочка под чужой фамилией. А здесь маньяк, режущий женщин в универмаге.
Шум, гам, разговоры по всему городу. Так при чем здесь приличный человек и удачный бизнесмен? Только это его рук дело, и шофера он из команды Горелика взял не случайно, знал, что тот за деньги кому хочешь горло перережет.
– Вот что, – подумав, сказала я. – Мне надо с ним встретиться.
– С кем? – нахмурился Вешняков.
– С Алексеем этим.
– Ну, ты даешь… Слушай, чего ты дурака валяешь, ты ж сама твердила, что Игнатов…
– Слишком все просто. Чувство у меня какое-то нехорошее, что нас кто-то за нос водит.
Профессионально.
– С ума с тобой сойдешь. На неделе семь пятниц. Встретишься ты с ним, и что? Он тебе правду расскажет, которую нам не рассказал? Я тебе гарантирую, через пару дней он напишет чистосердечное признание. Я его так прижму…
– Вот этого я и боюсь.
– Чего? – устало спросил Артем.
– Признания. Ну так что, могу я с ним встретиться?
– Ты у нас птица такого полета, кто ж тебе откажет.
Алексей сидел за столом, осунувшийся, под глазами круги, плечи опущены.
Щетина, крепко сжатые зубы и напряженный взгляд делали его похожим на киношного злодея.
– Привет, – сказала я.
Он усмехнулся, покачал головой, все-таки не выдержал и спросил:
– Твоя работа? Молодец, ничего не скажешь.
– Артем, – попросила я, – оставь нас на пару минут.
– Ты что, с ума сошла? – возмутился он.
– Ты за дверью постой, отсюда ему никуда не деться.
– А если он тебе шею свернет, кто отвечать будет?
– Не свернет. Он умный. Верно? – повернулась я к Алексею.
– Свернул бы с удовольствием, только руки пачкать неохота.
– Вот видишь. Иди покури. А мы поговорим. Вешняков в растерянности потоптался у стола, но из комнаты вышел.
– Ну что, Алексей. Улики против тебя. Алиби дохлое, сам понимаешь.
– Улики ваши менты и подкинули. Ни денег, ни финки этой я и в глаза не видел. Это первое. И вот тебе второе: не дождетесь, что я хозяина вам сдам. Знаю, как здесь обрабатывать умеют, ученый. И штучки эти ментовские… держаться буду до последнего.
