Ты зачем звонишь?
– Соскучился. Подумал, вдруг ты меня ждешь. – Он засмеялся.
– Я жду. Ты приезжай.
– Серьезно?
– А то. Скажи-ка лучше, зачем понадобилось поручать расследование мне?
– Это не моя идея. Я как раз был против. Но кто у нас умные советы слушает? Ты не поверишь, детка, но у тебя репутация порядочного человека, оттого и решили: если на Игнатова выйдешь ты, это придаст делу необходимое правдоподобие.
– Здорово.
– Ага. От Деда ты ушла, следовательно, ума у тебя не прибавилось.
Все размахиваешь картонным мечом? Не надоело? Скажи на милость, какой от этого толк? Ты что, всерьез думала засадить меня за решетку, дура несчастная?
– Что ты, я об этом и не мечтаю.
Куда мне с тобой тягаться. Поэтому вот что: решишь у нас объявиться, хорошо подумай. Если ты еще раз перейдешь мне дорогу, я тебя убью. Пристрелю, и все.
– Не мечтай, – хохотнул Лукьянов, но веселья в его голосе не слышалось.
– В жизни все проще и страшней. Мы даже никогда не встретимся. – И повесил трубку.
А я накрылась подушкой и сказала своей собаке:
– Я сейчас повою немного, ты не пугайся. А завтра все будет хорошо."
