— мотает головой как болванчик."
"— Мой адвокат свяжется с Вами. Советую писать чистосердечное, иначе срок будет максимально возможным.
Выхожу из кабинета, и пусть было ожидаемо, что она не моя дочь, когда не увидел и сотой доли процента отцовства в тесте. Но, что действительно удивило, так это ""дружище"", который был здесь раньше “отца”.
— Макс, езжай к Абрамову. — набираю единственного человека, который в курсе всего.
— Окей. Что-то нужно?
— Да, возьмем у него немного крови. — слова высекают сами собой.
Не могу сказать, эта кровожадная ярость была всегда со мной или появилась только в свете последних событий. Но я прямо чувствую, как расшатана собственная психика.
И нет того человека, кто смог бы добавить немного баланса.
Садясь в автомобиль снова фантазирую, как она там…
Хочется верить, что перестала плакать. Те душераздирающие слезы и фактически побег к самолету так и стоят перед глазами, каждую, черт возьми, секунду.
Что делает? Согласилась ли на новый проект?
Мне показался масштабным и стоящим.
Конференция была еще перед тем, как она улетела. Учитывая, что им только плюс от зарубежных спонсоров, собственно, есть один, чье имя строго не разглашается. И у которого всего одно условие — Никандрова Вероника — тот хореограф, которого спонсор согласует.
Всегда есть вероятность, что она узнает, но я все же надеюсь, что сильно позже, даже если и всплывет. Гонорар у нее достойный, шоу планируется продавать в мировом порядке. Мне с этого конечно тоже пойдет, однако, сильно меньше, чем я хотел бы.
И вопрос отнюдь не в деньгах.
Спустя сорок минут мыслей о прошлом и настоящем, я уже паркуюсь у дома этого ублюдка.
Это будет первая встреча после той потасовки между нами, когда вскрылись махинации с деньгами и больное влечение к одной девушке.
В скором времени, навещать его можно будет только в сизо.
Если подтвердится тот факт, что он отец Мии…
Так, стоп.
Сейчас не об этом.
Будем думать, когда соберем весь пазл.
Звоню в домофон, наблюдая, как недалеко паркуется автомобиль Макса.
— Все достал? — хмурюсь.
— Конечно. — показывает ампулу.
Сонный голос в громкоговорителе обращает внимание на себя.
— Открывай, Абрамов, есть предложение. — стараюсь звучать максимально спокойно.
— Какое еще предложение?! Написать тебе повинную?! — ухмыляется урод.
— Ты срок мотать хочешь или может, выслушаешь мои условия? — ожидаемая пауза.
За свою задницу он, сука, продаст все, что у него есть.
