"
"Не обьяснить, что конкретно повлияло и тронуло до глубины души… То, что он понял меня в наш последний разговор, его молчаливый приезд сюда или эта короткая фраза на расстоянии.
Просто все это: признания; как рыдала у него на груди, в таких родных объятиях; вся эта чертова правда и ее конец.
Было действительно проще делать вид, что я ненавижу его.
Но душа…она всегда хранила и оберегала облик того мужчины, каким он был для меня. Да, болела, да, была разбита в мелкую крошку и все равно невольно продолжала видеть его.
В то время, как самолет взлетает, я оставляю еще одну маленькую часть своей души.
Как и тогда.
Только сейчас иначе.
Сейчас, я отдаю ему ее только для того, чтобы он не потерял след. Не для того, чтобы найти, а чтобы простить.
Простить себя.
Меня.
Всех тех людей, кто стал катализатором той пытки, которой подверглись наши жизни. Виноваты мы все, без малого, каждый из нас внес лепту в то настоящее, которое мы имеем.
Утираю слезы, мысленно проговаривая ему ответ:
«Будь счастлив, Артур.
»
Глава 33
Артур
— Рассказывайте.
— Ваш человек ведь уже приходил… Я отдал все документы, что у меня были.
— Меня интересуют все подробности. Вы передали бумажки, за которые ожидаете, чтобы я спасибо сказал?! — смотрю на сухого пожилого врача.
Он оценивающим взглядом смотрит на мое бычье лицо.
— Артур Александрович. — складывает руки в замок: — Прежде всего хочу сказать, что это полностью моя инициатива раскрыть правду.
— И я должен за это вас обнять?!
Сейчас бы взять его за шкирку и пару раз приложить об стену.
— Артур Александрович…
— Ближе к делу. У меня немного времени, и поверьте, вам же лучше, если я по-быстрому исчезну, после того, как все узнаю.
— Екатерина Ризанова поступила к нам поздней ночью, однако, в карте пациентки не стояло имя напротив ФИО отца.
Немудрено.
— Роды прошли довольно быстро, девушка была взвинчена, и поверьте, не потому что боялась. Вела себя не так, как пациентки перед началом. Все кому-то звонила и звонила, вплоть до начала родовой деятельности.
Когда родилась девочка, в принципе, было не странным, что она не отреагировала на младенца. Есть категория женщин после болевого шока, не могут тут же умиляться своему дитю.
Она просто физически на это способна.
— Но потом стало понятно, ваша жена тот еще сухарь, простите. Вы появились на следующий день, но у меня тогда закрались сомнения, потому что еще до Вас сюда приезжал один мужчина.
— Кто?!
— Не скажу кто, но он представился родственником пациентки.
