Разбирать ее может быть опасно. Но вы похожи на человека, который никого не боится, так что попробуйте.
– Никого не боятся только дураки, – парировал сыщик, подымаясь. – Спасибо за науку. Завтра я отбываю на Урал, там и попробую. Честь имею!
Глава 7
Урал
В ночь перед отъездом они наконец-то собрались всей командой. Любимый жандарм Лыкова полковник Запасов бурчал:
– Зачем такая спешка, как на пожар? Я даже документы не успел посмотреть. Клад какой-то… Мы что, играем в «Остров сокровищ»?
Ему поддакивал Азвестопуло:
– Впервые еду в такую командировку, задачи которой не понимаю.
Почему инкогнито? Ведь без поддержки местных сил мы ничего не сделаем. И потом, давно уже мне запрещено работать под вывеской Сереги Сапера. Сами говорили, что это опасно. И вдруг я хищник-золотопромышленник! Какой из меня хищник, если я медь от золота не отличу? Вот, набрал книжек, буду в пути образовываться. Глупо же!
Лыков на правах старшего в команде сделал краткий доклад. Он объяснил, что клад Лбова, скорее всего, миф.
Если деньги его и сохранились, то сумма там отнюдь не миллионная. Но она в умелых руках может вырасти за год-два в разы. А ведь наследники атамана, те, кому он доверил тайну кассы, суть его единомышленники. И направят капиталы на борьбу с режимом. Жандармы темнят, ссылаются на агентурные данные, которые скорее слухи, чем информация. Фон Коттен отбыл далеко и надолго. Посмотрим, что скажут его пермские коллеги."
"Статский советник не стал говорить товарищам, что его гложет нехорошее предчувствие.
Ощущение, что здесь что-то не так, только усиливалось. Почему задачи сыщику ставит Лыкошин? Почему в протоколах допросов боевиков слова про кассу вписаны другими чернилами? Придется разбираться с этим на месте. Хорошо лишь то, что командировка от начальства совпадает с его задачами. Граф Платов ведь тоже прячется где-то в тех краях. Он занят скупкой рыжья? Так ведь это то, что сыщикам поручено разорить. Вот и поквитаемся. И не только с Платовым, но и с Рудайтисом. Мориарти хренов! Выгнал сыщика вон, теперь держись.
Утром они выехали в Пермь через Вятку. Запасов занял купе в голове поезда, а департаментские сели в конец: Лыков в девятый вагон, а Сергей в восьмой. Это едва не сыграло с ними злую шутку.
Команда миновала Вятку, до Перми оставалось около ста верст. Наступало утро. Лыков задремал, потом проснулся – сосед справа, акцизный чиновник, храпел. Вот незадача… Статский советник оделся, стараясь делать это как можно более шумно.
