— Окончил училище, попал на секретный объект, похитил там эти распроклятые бактерии, после чего вернулся в государство, о котором у него самые плохие воспоминания.
— Н-да, не ностальгия же его туда заманила.
— Вот и я так думаю. Похоже на далеко идущие планы. Допустим, в Казахстане существует заговор военных, решивших сместить Султанбаева. Лейтенант Курбатов лишь пешка в их руках. Исполнитель.
— Не совсем с вами согласен, товарищ полковник, — сказал Белов.
— Вот как?
Харитонов не то чтобы насупился, но сделал недовольную мину.
Какое начальство любит, когда подчиненные с ним не соглашаются? Однако Белов полагал, что служит в Антитеррористическом Центре вовсе не для того, чтобы ублажать полковника Харитонова. Даже если тот носит зловещее прозвище Харон.
— Вы сказали, — заговорил он, — что родителей Курбатова убили казахи. А не руководит ли им чувство мести?
Харитонов усмехнулся с нескрываемым чувством превосходства.
— Разумеется. Потому-то его и могли использовать люди в военных фуражках.
Допустим, заговор возглавляет какой-нибудь влиятельный генерал. У него сохранились в России связи с нашими армейскими. Следишь за мыслью?
Белов кивнул с задумчивым видом.
— А что, очень может быть. Казахский генерал мог попросить нашего генерала посодействовать своему племяннику или совсем уж дальнему родственнику. Таким образом, Курбатов получил назначение на тот самый объект и провернул там кровавое дельце.
— Именно! — оживился Харитонов. — Именно, Олег.
А теперь давай помозгуем дальше.
Белов кивнул. Забыв обо всем, в том числе и о времени, они приступили к детальной проработке возможных вариантов.
VI
Варианты прорабатывались и далеко от Москвы, на реке Нура, протекающей неподалеку от Астаны. Совещались трое — два дородных казахских генерала и один бывший старший лейтенант российской армии. Все были одеты в штатское и совмещали приятное с полезным, а именно: удили рыбу.
Улов не обещал быть богатым. В бытность СССР химический завод «Карбид», расположенный в Темиртау, сбросил в Нуру около тысячи тонн ртути, использовавшейся как катализатор.
Долгое время здешнюю рыбу вообще нельзя было употреблять в пищу, даже самые голодные бродячие коты воротили от нее нос. Но потом правительство наняло китайцев, австрияков, набрало кредитов во Всемирном банке и занялось очисткой речных вод. Процесс, ко всеобщему удовольствию, был очень долгим, трудоемким и, главное, дорогостоящим.
