— Тебя? Задержаться? С какой стати?
Мухамбеков недоверчиво скривился.
— Чтобы предложить отметить предотвращение самого крупного теракта в истории человечества, — усмехнулся Белов. — Глядишь, поляну захотите накрыть, Касим Нурмухамбекович.
— Я те накрою, шельмец! — очень по-русски прикрикнул Мухамбеков. — Убирайся с глаз моих, пока я не передумал. Обнаглел совсем! Поляну ему!
Белов испарился так стремительно, что министр МВД все еще недовольно бурчал, когда слушать его стало некому. А, сообразив, что остался один, неожиданно расплылся в улыбке и сказал совсем другим тоном:
— А что? И накрою поляну.
Только бы ты не срезался, лейтенант. Обидно будет, ох, обидно.
IX
Курбатов добрался до военного аэродрома незадолго до полудня, шатаясь от усталости. Обогнув поле так, чтобы его не заметили летчики, возящиеся с вертолетом, он первым делом наведался в мастерскую, где избавился от ошейника, который не то чтобы очень мешал, но раздражал.
— Мы не рабы, рабы не мы, — бормотал Курбатов, орудуя ножовкой и морщась всякий раз, когда задевал зубьями кожу.
Когда процедура была закончена, он со своей окровавленной шеей походил на чудом выжившую жертву вампира. Сходство усиливала смертельная бледность Курбатова. Лекарства кончились, а простуда продолжалась, набирая силу с каждым днем. Чтобы взбодриться, он пошарил рукой за верстаком, отыскал там початую бутылку водки и сделал несколько глотков.
Мастерская обслуживала три стареньких самолета «Ан-2», состоявших на учете при аэродроме. «Кукурузники» были давно списаны, но нелегально использовались для опыления близлежащих полей.
До недавних пор самолетики служили источником небольшого, но постоянного дохода командира авиаполка. После вмешательства генерала авиации они вместе с мастерской перешли во владение Курбатова. Теперь генерал Омаров приказал долго жить, а Курбатов находился все еще на этой бренной земле и собирался использовать один из «анов» по назначению.
Только не для опыления, а для орошения .
Курбатов хрипло засмеялся своему ироническому комментарию.
Водка успела разлиться по жилам, хмель ударил в голову, и он чувствовал себя очень даже неплохо.
Протерев водкой израненную шею, он стал готовиться к вылету, извлек из тайника заряженный пистолет, пару ампул пенициллина и противогаз. Контейнеры из-под «Крови Сатаны» были давно опорожнены и закопаны за мастерской, так что напрасно генералы мечтали заполучить их. Курбатов был не такой дурак, чтобы сидеть до ответственного момента со сложенными руками.
