Собиравшись рассмеяться, Курбатов закашлялся, достал из кармана одноразовый шприц, ампулу пенициллина и сделал себе укол. При его хроническом бронхите схватить простуду было опасно. Больным и слабым не место на этой бренной земле. Здесь выживают сильнейшие.
Нащупав в кармане еще одну ампулу, Курбатов решил, что воспользуется ею утром и стал прислушиваться. Очень скоро до его ушей донеслось отдаленное гудение двигателя. Ловушка сработала. Оставалось убить дичь и выпотрошить ее.
Курбатов все-таки засмеялся, и на этот раз кашель не помешал ему.
V"
"Дорога пролегала в сотне метров от того места, где находился Курбатов. Он увидел свет фар, услышал нарастающий шум автомобиля и несколько раз выхватил пистолет из кармана, проверяя, не цепляется ли тот мушкой за подкладку.
При виде его фигуры, идущей к дороге, машина остановилась. Он прикрыл глаза от слепящих лучей фар и помахал рукой. В голову пришла шальная мысль о том, что сейчас он представляет собой идеальную мишень. А вдруг не он один такой хитрый? Вдруг старый казахский чекист приказал подручным избавиться от него.
Выстрелы не прозвучали. Машина затормозила, оттуда почти одновременно выбрались двое. Один, назвавшийся Мустафой, был низеньким и почти квадратным, но не толстым, а просто кряжистым. Второй возвышался над ним на полторы головы и носил испанские усы, обрамляющие подбородок.
— Ты кто? — спросил Мустафа у Курбатова, остановившегося в десяти шагах.
— Не догадываешься? — спросил Курбатов.
Это была ошибка. Мустафа тут же вытащил пистолет, перехватив инициативу.
— Руки!
«Эх, нельзя было ерничать, — запоздало понял Курбатов. — Надо было усыпить их бдительность и выхватить пушку первым».
Кашлянув в кулак, он поднял руки.
— Я Курбатов, — сказал он. — Убери ствол.
Говоря с Мустафой, он не забывал следить за его напарником и бросать взгляды на машину, за лобовым стеклом которой угадывалась еще одна мужская фигура.
Трое… Почему их трое? Неужели старый хрыч переиграл его, прислав киллеров? Нет, сразу стрелять они не станут.
Им нужны контейнеры с бактериями. Значит — допрос, допрос быстрый и безжалостный, как на войне. Допустить этого нельзя. Пытки развяжут язык любому.
— Повернись спиной, — скомандовал Мустафа, пропустив просьбу мимо ушей.
Усач тоже вооружился, энергично двигая челюстями, словно не резину жевал, а грыз зубами стальную проволоку.
Подчинившись, Курбатов быстро запустил руку в карман.
— Замри! — заорал Мустафа. — Дернешься — получишь пулю.
