Но, слава богу, Дашенька осталась жива!
– Вы сказали, что проломились прогнившие доски, – напомнила я.
– Нет мне прощения, – воскликнул Михаил Петрович, – не подумал об аварийном состоянии здания! Старый дурак!
– Даша весит сорок пять кило, – задумчиво протянул Сеня, – вы, похоже, тяжелее."
"– Стараюсь, чтобы весы не показывали более центнера, – признался Аристов, – грешен, люблю поесть.
– Странно, что под вами пол не провалился, – продолжал Семен, – а под Дарьей, которая намного легче вас, половицы рухнули.
– Просто Дашенька наступила на прогнившую доску, а меня Господь от этого миловал, – нашел ответ Михаил Петрович.
– Я тоже сначала так решила, – согласилась я, – а потом вдруг вспомнила! Смотрю на потолок, а там ровный, аккуратный такой прямоугольник света.
– И что? – удивился Аристов. – Доски вышли из строя, образовалась дыра.
Я легла грудью на стол и понизила голос:
– Михаил Петрович! Если бы половица проломилась, то куски ее упали бы в подвал. Но их там не было. И ровное отверстие в таком случае не получится, края непременно будут неаккуратными.
Кстати! Края обломанных частей пола должны были меня поцарапать. Но на мне никаких заноз, царапин не было.
– Не понимаю, что вы имеете в виду, – прикинулся дурачком профессор.
– Я не поленился съездить в Юрасово, – примкнул к разговору Сеня, – вошел в заброшенное здание. Оно неплохо сохранилось. Кузя!
– Смотрите на экран, – велел компьютерный ас, – Семен сделал видео.
– Вот комната, где с Дашей приключилась беда, – начал комментировать «кинопоказ» Сеня.
– Вот уж чудо! Паркет в порядке. Нет дыры. Куда она подевалась? А? Я обшарил все вокруг и нашел у стены в самом низу над плинтусом кнопку. Нажал на нее, и опля! Открывается люк! Его крышка опрокидывается вниз, когда Даша, шагая по вашему совету к камину, встала на этот участок, кто-то тут же привел в действие механизм. Ваша спутница спланировала в подвал и была ошарашена. Она не заметила, что часть потолка, она же крышка люка, висит у стены. Да и трудно было понять, что к чему.
В помещении не было света, плюс стресс от падения.
– Михаил Петрович, – проворковала я, – вы хотели меня убить?
– Боже! Как только подобная чушь залетела в вашу очаровательную головушку? – не сдавался Аристов. – Какая кнопка? Я понятия о ней не имею.
– Вы же видели запись, – напомнил Кузя, – если не возникло ясности, могу еще раз показать.
– Спасибо, ангел мой, в этом нет необходимости, – прокурлыкал профессор, – я ни в коем случае не отрицаю наличия кнопки и люка.
