Не был готов к тому, что она его оттолкнет. Что страсть, которую он всегда умело в ней разжигал, больше не действует.
Оскорбленный, растерянный, сбитый с толку, он впервые не знал, как действовать дальше. Он, привыкший приказывать и получать все, чего хочет, не знал, как заставить собственную жену его простить.
Если бы только она знала, почему он сделал все это! Но она не знала. И никогда не узнает. Потому что он этого не допустит. Потому что не позволит заглянуть ей за ту грань, за которой она его окончательно возненавидит.
А он любил ее. Действительно любил. Нет, не просто любил — он буквально болел Никой, как какой-то тяжелой, неизлечимой болезнью. Она стала его частью. Его одержимостью.
Но сейчас он едва ли не впервые в жизни не знал, что у нее в голове. И его это всерьез беспокоило. Он не знал, чего ожидать от нее в следующий момент.
Едва ей стоило уйти от него — и вот она снова играла. Самозабвенно, одержимо, отдаваясь музыке так охотно, так легко, как должна была отдаваться лишь ему.
Он восхищался ее игрой и одновременно злился на этот чертов инструмент — он отнимал ее у него.
Когда она играла — была где-то далеко, в ведомых лишь ей одной мирах, куда ему не было доступа. И он, оставленный где-то за пределами ее вселенной, буквально ненавидел эту музыку, которая отбирала его жену.
Он ненавидел ее гастроли. Он искал способа от них избавиться, искал возможности привязать Нику к дому. К себе.
И нашел его. Она должна была родить ему ребенка. Он так хотел этого. Так ждал. Но это оказалось невозможно.
Он и сейчас помнил свой гнев, свое глухое отчаяние в тот день, когда узнал об этом.
Всего одна ошибка… Ника никогда не должна была о ней узнать. Мир, который он создал для нее, не должен был пересечься с тем, другим, где у него был сын. Но он был так неосторожен… и теперь оказался вынужден бороться с последствиями этого."
"Глядя прямо на дорогу перед собой, Артем решил твердо: он вернет Нику любой ценой. Она олицетворяла собой его идеальную жизнь. Она олицетворяла все, о чем он когда-то мечтал.
Он не мог позволить ей уйти. Не мог позволить, чтобы кто-то другой ее касался…
От одной лишь этой мысли свело зубы. Никто и близко к ней не подойдет, пока он жив.
— Артем!
Он поднял голову, рассеянным взглядом посмотрев на своего партнера по бизнесу. Очевидно, он что-то говорил ему и теперь ждал ответа.
— Повтори, — бросил хмуро, стараясь сосредочиться на окружающей реальности. Но в голове были только мысли о том, как вернуть Нику домой.
