Неожиданно почувствовала покалывание на кончиках пальцев и, движимая интуицией, позвала силу земли. Получила слабый отклик. В земле, которая была в горшке, совсем не чувствовалось силы. И я начала вливать свою, ощущая, как она, питая корни, перетекает в растение.
Силы оказалось слишком много для такого горшка. Тесно. Стебель начал на глазах расти ввысь, а корни пробили горшок и устремились к полу.
– Лоран! – кинулся ко мне ректор, оттаскивая от горшка. Но растение успело расцвести, и по кабинету поплыл насыщенный запах розы.
– Кристалл… – очнулась от оцепенения профессор и спешно зашарила по карманам. Найдя, сунула кристалл мне в руки. Почти сразу тот раскалился, и я бросила его на сукно, схватившись за край столешницы. Раздался треск. Стол задрожал. Его ножки на глазах стали расширяться и прорастать корнями в пол.
– Мой паркет! – в отчаянии воскликнул ректор, и это меня отрезвило. Сила схлынула, оставив после себя слабость, и я привалилась к столу.
Вирея бросилась к горшку с таким счастливым лицом, как будто сегодня сбылись все её мечты.
Погладив широкий стебель в руку толщиной, она перевела взгляд на кристалл и взяла его в руки.
– Он влил в кристалл годовой запас?..
– Скажите лучше, как вы будете корни из моего стола извлекать? – с расстроенным видом покачал головой ректор, осматривая повреждения. И действительно, корни розы пробили горшок и столешницу и тоже ушли в пол.
– Я требую перевести этого адепта на наш факультет! – поправив на носу очки, решительно произнесла профессор.
– Поздно. Этот адепт уже зачислен на факультет боевой магии.
– Почему моего подопечного опять вызывают к вам, не уведомив меня?! – в довершение всеобщего беспорядка в кабинет ворвался Харн, да так и застыл на месте, осёкшись.
– Уводите своего подопечного с глаз моих! – воскликнул ректор.
Мне не нужно было повторять дважды. Обретя второе дыхание, я выпрямилась и решительно зашагала на выход.
Стоило покинуть приёмную, как вся моя благодарность к опекуну за то, что помог выйти из неловкого положения, растаяла.
У дверей стояла Миллисент, сияя, как летнее солнце.
– Лоран, вы как? – с тревогой спросила она, только я отшатнулась и бросила недобрый взгляд на Харна.
«Говорят, что у мужчин при виде красивых женщин отказывают мозги и развязывается язык. Жаль, что и принцы подвержены этой слабости!»
Вырвав листок из блокнота, я впечатала его в грудь Харна и, ни на кого не глядя, пошла от них.
– Лоран?! – воскликнула мне вслед сирена.
