История с оранжереей наделала шуму. Все гадали, кто же это отличился. В столовой только и говорили о сорванных цветах. Сам же виновник происшествия с невозмутимым лицом слушал все предположения и выдвигал свои. Кстати, Кайл во время обеда сел за наш столик. Девушки были рады такому соседству, а вот Сандр бросал подозрительные взгляды на слишком уж доброжелательного рыжего.
Миллисент действительно восприняла всё на свой счёт. Они отобедали раньше, и девушка специально прошла мимо нашего столика.
– Лоран, вы такой смелый, – сказала она, чуть задержавшись возле меня, и послала нежный взгляд.
– И чего я не знаю? – насторожился Сандр. Мы же с Кайлом посмотрели друг на друга и начали давиться от смеха, не в силах объяснить причину веселья. Вот знала, что так получится! Самомнение некоторых не знает границ.
К сожалению, это мне вышло боком, и вскоре стало совсем не до смеха. Наверное, сирена не смогла придержать свой язычок, и слухи пошли по Академии. Мне всё же пришлось встретиться с профессором Виреей.
Та подала жалобу ректору, и меня вызвали к нему.
– Лоран, по Академии ходят слухи, что вы виновник вчерашнего происшествия. – Ректор не стал тянуть и сразу же огласил причину моего вызова.
«Какого именно?» – тут же спросила его, протянув записку.
– Вандализм в оранжерее. Сломали и похитили цветы с редкого сорта розы, который с огромным трудом удалось вырастить в нашем климате. Профессор Вирея готовила доклад на эту тему и собиралась выступить на ежегодном собрании цветоводов, демонстрируя цветок.
Услышав такое, я внутренне содрогнулась и прокляла утончённый вкус рыжего, умудрившегося выкрасть самый ценный экземпляр. Тем не менее постаралась никак не показать своего состояния.
«Зачем мне это?» – задала вопрос ректору, всем своим видом демонстрируя изумление.
Он кашлянул в кулак. Видимо, доложили о вандализме недавно, и тотчас вызвал меня к себе, а вот теперь вспомнил о моём поле и понял, что поспешил с выводами.
В приёмной раздался шум, и в кабинет ректора ворвалась взъерошенная женщина в очках, прижимающая к себе увесистый горшок, из которого сиротливо торчал обломанный стебель.
– Я хочу видеть мерзавца, который сделал это! – воинственно воскликнула она, поставив горшок на стол ректора.
– Профессор Вирея, возьмите себя в руки! Вы что себе позволяете?! – Ректор с тоской посмотрел на сукно, обсыпанное землёй из горшка.
