Сейчас он расскажет этой шарлатанке, что пугать беременную женщину – так себе занятие. И только я успеваю об этом подумать и снова оглянуться, как замечаю, что стою одна, а той странной женщины в старенькой потёртой шубе и след простыл.
Так и не дождавшись, когда я подойду к иномарке, Рад хлопает дверцей с водительской стороны и буквально через несколько секунд оказывается рядом со мной. А я хочу сделать ему замечание, что он выскочил из машины без куртки в одном лишь лёгком свитере под горло, но, оцепенев от шока, молчу.
В голове сплошной сумбур. И я уже не могу понять: была ли та странная женщина, обозвавшая меня ""Чёрной вдовой"", то ли это я умом тронулась на фоне стресса.
Даже не понимаю, в какой именно момент Рад берёт меня за руку, я только моргнуть успела, кажется.
– Милая, всё хорошо? – обеспокоенно заглядывает в глаза.
– Да. То есть нет. Не совсем, – головой качаю. – Только что здесь была женщина в потёртой шубе, но она вдруг исчезла. Ничего не понимаю. Ты не видел, куда она пошла?
– Не было никого, Наташ.
Тебе, наверное, показалось. Идём в машину. Я Лизе на обратной дороге обещал заехать за одной игрушкой.
Муж отводит к машине и, распахнув передо мной дверцу, терпеливо ждёт, когда я устроюсь на сиденье. И пока любимый обходит капот, оборачиваюсь к Лизе.
– Как дела, принцесса? Всё хорошо?
– Нормально, – отвечает дочка. – Радик пообещал мне планшет подарить.
Натянуто улыбаюсь. Планшет, значит, планшет. Конечно, это не самая лучшая игрушка для ребёнка, но у девочки сейчас трудный период, а потому я готова засунуть свои принципы куда подальше, лишь бы облегчить потрясение дочери после смерти отца.
– Ты ела сегодня, Лиз? – спрашиваю, ощущая себя отвратительной матерью. После похорон нужно было сразу вернуться домой, но я, утонув в своих эмоциях, каким-то чудом оказалась у подруги.
– Да. Утром я ела яичницу с колбасой, а в обед нам привезли пиццу.
– Сейчас вернёмся домой и я приготовлю что-нибудь вкусненькое, да? Что ты хочешь, куколка?
– Не знаю.
Планшет хочу.
– Заяц, я занимаюсь этим вопросом, – в наш диалог вмешивается Радмир. – Уже едем в магазин.
Замолкаем одновременно, а затем всё так же молчим всю дорогу. Рад сосредоточенно крутит руль, Лиза смотрит в окно, а у меня до сих пор стоит перед глазами та женщина, о которой я так и не решилась рассказать мужу. Он же говорил, что никого не видел возле подъезда. Возможно, если скажу обо всём Радмиру, он примет меня за сумасшедшую. Нет.
