– Почему ты вернулась к мужу?
Я не верю своим ушам, но он правда задаёт этот дурацкий вопрос!
– Я не возвращалась к мужу.
– Ты живёшь с ним в одной квартире.
– Что за бред ты несёшь? И вообще, знаешь что? Вали ты на хрен отсюда. Понял?
– В смысле? Ты сейчас серьёзно, Наташа?
– Серьёзно.
– Мы не виделись два месяца. У меня к тебе много вопросов, думаю, ты тоже хочешь что-то спросить. Нет?"
"Он ждёт от меня ответа. Пристально смотрит в глаза. И я же вижу, как он сдерживает себя, как пытается побороть эту ломку. А меня и саму ломает, потому что сознанием я хочу ненавидеть, но тело помнит другое…
Руки, плечи, шея – всё тянется к нему.
И сердце тянется, как последний предатель!
– Ты умер, Радмир. Я тебя похоронила после той аварии. Я носила чёрный платок сорок дней. Я читала псалтырь. Я ставила тебе свечку за упокой! – слёзы градом катятся по щекам, и я уже перехожу на крик: – а ты всё это время был живой! Я оплакивала тебя, а ты был живым…
Меня накрывает истерикой. А сильные руки оплетают мои плечи, сжимают, чтобы не выбралась.
Глава 4
Радмир
Её признания выливаются на меня ушатом ледяной воды. Но она плачет, дрожит и это режет сердце без ножа. Я охреневаю, но мы во всём разберёмся потом, когда Наташа успокоится и сможет нормально говорить, а не глотать слова вместе со слезами.
Обнимаю её как самое драгоценное. Она вяло сопротивляется первые минуты, но уже вскоре зарывается лицом в мою грудь и плачет уже гораздо тише. Мне больно от того, что я причина её слёз. И если всё, что она мне сказала это правда, то я с трудом представляю, как на самом деле она жила все эти два месяца.
За спиной тихо отворяется дверь и в появившемся проёме показывается лицо Татьяны. Она всё ещё смотрит на меня враждебно, но уже не тычет дулом своего табельного пистолета в затылок, или это была игрушка, что-то типа сувенира?
– Что с Наташей? – шёпотом произносит, пытаясь заглянуть мне через плечо.
– Плачет, – еле слышно произношу и подруга уходит.
Как только закрывается дверь, Наташа становится совсем тихой.
Её больше не трясёт. И дышит уже гораздо спокойнее. Мои губы сами тянутся к её макушке, а руки ползут по спине вниз.
Ещё немного и Наташа отстраняется от меня, а я смотрю ей в глаза и понимаю, что нужно было раньше приехать. Гораздо раньше!
– Поехали со мной. Нам о многом нужно поговорить, – руку ей протягиваю. Жду. Возьмёт?
Головой качает и я знаю, если сейчас откажет, то всё равно со мной пойдёт. Даже против воли. На плечо закину, если не оставит мне выбора.
