Они дождутся его возвращения, и он уведет их за руки по золотой дорожке к сказочному дому над морем.
Кто–то шумно, не скрываясь, спускался по лестнице. Олли обернулся к вошедшему.
— Это ты! — пискнуло Лоло.
Они вцепились друг в друга в полутемной гостиной, бережно ощупывали, убеждая себя, что это по–настоящему. Олли пальцем обвел пятнавшие прекрасное лицо Лоло синяки.
— Что это с тобой?
Оне пожало плечами, но в глазах стоял страх.
— Ничего. Все у меня прекрасно.
— Полиция, да?
Лоло с нечастным видом кивнуло.
— Не хочу об этом говорить. Они животные. Я владею собой и потому изгоняю их из памяти, чтобы они не грязнили ее своим присутствием.
— Ты зачем здесь? — спросил Олли.
— Я знало, что ты вернешься. Я не могу без тебя. Что бы ни случилось, это случится с нами обоими. Тогда я сумею это вынести.
— Глупое ты, глупое существо. Могло же уйти, да? Вернуться на Дельту Павлина.
— Я не уйду. Я люблю тебя, Олли.
— И я тебя люблю.
— Мне так жаль — я ничем не могло им помочь. Не могло предотвратить изменений.
Но они не мучились, честное слово.
— Знаю. Я видел такое с другими.
— С другими… Что твои друзья из Легиона?
— Умерли.
— Ох, Олли! — Оне крепче обняло его. — Ненавижу этот мир! Как он терпит такие ужасы, как эти оликсы? И что с нами будет?
— Будем жить, — решительно произнес Олли. — Надо продержаться. И еще я спасу бабушку и Бика.
— Спасешь? Как?
— Если биотехнология оликсов могла такое сотворить, они же могут и исправить.
— Но… разве они согласятся?
— О да. — Он улыбнулся в озабоченное лицо Лоло.
— Согласятся. Потому что я не оставлю ей выбора.
— Кому?
— Николаи. Это партнерша Джад. Она тоже замешана. Она изменница, работает на оликсов, как и Джад работала. Я ее найду. Клянусь Легионом, Лоло. Как угодно, чего бы это ни стоило, все равно. Я до нее доберусь. И тогда она узнает, что такое настоящая месть.
Ваян
Год 56 ПБ
В Деллиана закачали столько седативных, сколько мог вынести человеческий организм без химического повреждения тканей. И все равно было мало.
Врачам пришлось привязать его к госпитальной койке. Он бил руками и ногами, ногтями впивался в ладони, мотал головой…
Сканеры над кроватью плавно, но без промедления двигались, отслеживая нервные импульсы. Голова у него почти скрылась под контактами датчиков. Четверо докторов изучали схематизированные показания на большой, во всю стену, голографической проекции. Среди сменяющихся чисел и графиков с тяжеловесностью большой планеты вращалась трехмерная схема мозга.
