Я не был на сто процентов уверен, так как сам не имел мобильного телефона, и, вероятно, которого у меня никогда не будет. Технология отчасти мистифицировала меня, и я просто недостаточно заботился о том, чтобы понять ее. Мне нравилось то, что было по душе, независимо, устарело оно или нет. В моей машине все еще был кассетный проигрыватель. Боже, Гриффин постоянно меня доставал этим проигрывателем, но пока он работал, я был доволен тем, что имел.
- Я думаю, мы должны начать играть на фестивалях и ярмарках, а не только в барах.
Уже слишком поздно, чтобы попасть на Бамершут[2], но я думаю, что мы должны сделать это в следующем году. Думаю, мы готовы.
Мэтт и Гриффин физически были похожи: тонкими чертами лица, светлыми волосами, голубыми глазами. В тоже время кузены сильно отличались друг от друга.
- Да? Думаешь? - спросил я, не слишком удивленный, что Мэтт размышлял о нашем будущее. Он часто так делал.
Позади него я увидел, как Эван пробирался через репетиционное оборудование, которое группа держала здесь.
Взгляд его карих глаз стал теплым, и он улыбнулся мне, когда приблизился к дивану.
- Определенно, мы когда-нибудь будем готовы, Келл. Пора вставать на ступень выше. С твоими текстами и моими ритмами… мы в шоколаде. - В то время как Мэтт был самым талантливым гитаристом, которых я когда-либо видел, Эван был тем, на ком держалась большая часть дел группы.
Мэтт повернулся к Эвану, неистово кивая. Взглянув на этих двоих, я обдумывал, готовы ли мы. Я решил, что они правы, мы были готовы.
У нас было более, чем достаточно песен и, вполне вероятно, поклонников. Это могло стать решительным шагом для нашей группы, или же это все было пустой тратой времени.
Когда Эван добрался до спинки дивана, он скрестил руки на груди. Все мои парни в группе были покрыты татуировками: у Гриффина было их много на неприличных местах, обнаженные девушки и все такое, у Мэтта более классные - символы со значением. Эван же был ходячим произведением искусства. Только одни его руки были похожи на музей - огонь, вода и все, что между ними.
"
"Эван был довольно крепким, в то время как Мэтт и Гриффин выглядели более худыми. Я же среднего телосложения, не слишком крепкий, не слишком худой, и с точки зрения боди-арта, я был девственником. Я просто не мог подумать хотя бы об одной вещи, которую я безумно любил, чтобы вытатуировать ее на коже. Ничто в жизни не было постоянным, тогда зачем притворяться, увековечивая это? Для меня это казалось бессмысленным.
