— Тебе нечего бояться, Джулия. У нас впереди целая ночь.
Джулия огляделась, ее взгляд задержался на двери слева, ведущей в нашу спальню.
— Как ты думаешь, если это оттянуть, станет лучше?"
"Я не был уверен, что смогу помочь Джулии.
— Скажи мне, что могло бы облегчить твои страхи.
Она обдумала это.
— Если бы это ощущалось, что у меня есть выбор.
— У тебя он есть, — сказал я, подходя к ней ближе.
— Есть? — прошептала она, глядя на меня снизу вверх. — Ты действительно позволишь мне сделать выбор?
Я хотел, чтобы у нее был выбор.
Но я не проявлю слабости, ни перед Лукой, ни после того, как уже проявил ее во время нашей встречи. У него не было причин сомневаться во мне. Даже красивое лицо моей жены и милая улыбка не могли смягчить мою решимость. Но несуществующий выбор все равно ощущался как выбор.
— Я знаю, чего от тебя ждут, Кассио. В курсе, что это будет значить для тебя и моего отца, если мы не представим простыни утром, — она сглотнула.
Я коснулся ее руки, чувствуя, как тепло просачивается сквозь тонкую ткань.
— Тогда сделай свой выбор.
Она заглянула мне в глаза.
— Хорошо, — тихо сказала она.
Облегчение наполнило меня от ее разумности. По крайней мере, это отличало ее от моей покойной жены. Она удивила меня, когда без приглашения направилась в спальню. Я последовал за ней на пару шагов. Впервые я позволил себе увидеть в ней женщину — то, чего до сих пор избегал любой ценой, но что было необходимо сегодня ночью.
Платье подчеркивало ее узкую талию и красивый изгиб бедер и ягодиц.
Войдя в спальню, Джулия остановилась и оглянулась через плечо. Несмотря на очевидную нервозность, она улыбнулась, прежде чем положить сумочку на пуфик перед огромной кроватью. Ее глаза на мгновение остановились на ней, ее румянец стал глубже, затем она прочистила горло.
Я придвинулся к ней ближе. Ее клубничный аромат донёсся до моего носа, заставляя задуматься, будет ли она на вкус такой же сладкой, как ее выбор духов. Я окинул взглядом замысловатое кружево ее лифа с длинными рукавами, задержавшись на выпуклостях ее груди.
— Я должен вырезать тебя из платья, — сказал я, вынимая нож из кобуры на груди. Еще одна традиция, от которой мы не могли уклониться.
Она посмотрела на клинок, слегка нахмурившись, прежде чем кивнуть. Повернувшись, она склонила голову набок, чтобы ее волосы не закрывали кружевную верхнюю часть спины. Ее шея была длинной и элегантной, совершенно безупречной, и я с трудом подавил желание прижаться к ней губами и пометить как свою.
