– Вы единственная, чья ложь достаточно велика, чтобы уничтожить этот дом.
Фелисити нахмурилась.
– Вы победили, сэр. Какова ваша цель? Нагнать на меня страх?
– Нет. Я не хочу вас пугать. – Голос мужчины был таким же тяжелым, как тьма, которая его окутывала. Низкий, тихий, но при этом отчетливее, чем пистолетный выстрел.
Сердце Фелисити колотилось все сильнее.
– А я думаю, именно это вы и хотите сделать. – Серебряный наконечник снова стукнул, и она раздраженно посмотрела на него. – А еще я думаю, что вам следует уйти прежде, чем я решу, что вместо страха мне следует испытывать гнев.
Пауза. Тук-тук.
А затем он шевельнулся, подавшись к кругу света, и она разглядела длинные ноги и высокую черную шляпу на одном бедре. Перчаток на руках не было, в пламени свечи блеснули три серебряных кольца – на большом, указательном и безымянном пальцах правой руки. Черное пальто безупречно обтягивало его плечи. Круг света остановился на подбородке, остром и чисто выбритом. Фелисити подняла свечу еще выше и увидела его.
Она резко втянула в себя воздух, не к месту вспомнив, как чуть раньше сочла красивым герцога Марвика. Больше она так не думала.
Потому что, конечно же, на свете не могло быть мужчины красивее этого. Он выглядел в точности так, как звучал его голос. Как низкий, звучный рокот. Как соблазн. Как грех.
Одна сторона его лица оставалась в тени, но та сторона, которую она видела – о, та была великолепна! Длинное, худощавое лицо, все состоящее из острых углов и затененных впадин, темные, раскинутые, как крылья, брови, полные губы, умные блестящие глаза (Фелисити могла поспорить на что угодно, что своими знаниями он никогда ни с кем не делился) и нос, посрамивший бы любого короля – безупречно прямой, словно созданный при помощи острого, уверенного клинка.
Волосы темные, коротко постриженные – настолько коротко, что угадывалась форма его головы.
– Ваша голова безупречна.
Он самодовольно усмехнулся.
– Я всегда так думал.
Фелисити опустила свечу, отправив его обратно в темноту.
– Я имею в виду – безупречной формы. Как вам удается подстригать волосы так близко к коже?
Он поколебался прежде, чем ответить.
– Это делает женщина, которой я доверяю.
При этом неожиданном ответе ее брови взлетели вверх.
– Она знает, что вы тут?
– Нет, не знает.
– Ну, поскольку она регулярно подносит лезвие к вашей голове, вам лучше уйти прежде, чем вы ее расстроите.
Послышался негромкий рокот, и у нее перехватило дыхание.
