– Так ждать чьей-то смерти…
– Я ждала слишком долго.
Поцеловала его иначе, чем раньше, едва касаясь его губ краешком своих. Погрузила руки в его волосы, а он обнял ее лицо ладонями. Смотрели друг на друга, словно виделись в первый раз. Кароль увидел светло-оранжевые языки пламени, окружающие ее голову, как дрожащий ореол. Огонь скользил по ее пальцам и предплечьям. Он смотрел на это, а его сердце сжималось в кулак. Резко оттолкнул Третью, так что она полетела в стену вместе со стулом. Он не хотел так поступать, но не извинился.
Третья поднялась с пола. Кароль, уже стоя, сказал, что не позволит забрать свою жизнь; она уже достаточно разрушила. Он ушел.
Мужчины у столиков вставали с мест, чтобы отплатить ему за то, что он ударил женщину, и тут же падали обратно на кресла и стулья. Кароль обернулся у выхода и увидел высокий светло-оранжевый язык огня, встающий над местом, где он оставил Третью.
38Кароль открыл глаза. На краю постели сидела Лидия, выглядела как привидение. Ногти у нее были красными.
– Пойдем, солнце мое. Мы не можем оставаться дома.
– Полночь же, холера.
– Краков не спит. Краков не засыпает. Я могла бы и сама, но не хочу идти с тростью.
По ее предплечью скользнул черный огонек и исчез.
39Такси высадило их у костела Святого Эгидия. Лидия оставила водителю сотню и отказалась от сдачи. Вышла без чьей-либо помощи. Свет фонарей опирался на каменные дома. Боже, какая прекрасная ночь! Они пошли.
– Этого здесь не было! – она указала на памятник Скарге.
Зарыдала. – Я отправлюсь в ад, правда?
– Отправишься домой, – солгал Кароль.
– Нет ни неба, ни ада. Только ночь и странные места в ночи. Иногда становится холодно без видимой причины. Давай гулять, пожалуйста. Наслаждаться жизнью!
Она потянула его на Гродскую. Прошли мимо уличного музыканта, склонившего голову на футляр от гитары. В подворотне обнималась парочка. Пролетела полицейская машина, проехала карета. Лидия сказала, что выпила бы кофейку, и обязательно с коньячком. Они миновали летнее кафе у клуба «Под Ящурами», где вспотевшие танцоры пили пиво залпом, и направились в сторону Сукенниц.
Кофейню «Новорольски» застали закрытой. Лидия била в стекло.
– Почему она не хотела с тобой быть? – спросила внезапно. – Христосе единый, почему? Кароль, любимый, найдешь себе новую женщину, хорошую женщину, и еще поборешься за сына. Позаботишься о нем. Эта выдра его бросит. Так ей прикажет новый любовник. Но ты сможешь этому противостоять.
